– Но будет ли это в интересах империи? – не унимался Йулан. – Сражение с войсками Коутона и поход от Поля Меррилор к Эбу Дар ослабят Тень, а по пути мы будем наносить по троллокам удары с воздуха. Наша цель – не сиюминутная выгода, а победа в итоге всех действий. Быть может, отправить за принцем кого-то из дамани? Пусть приведут его сюда, в безопасное место. Он храбро сражался, но в этой битве его превосходят и числом, и умением. Спасти его армию мы, конечно, не сможем. Эти люди обречены.
Мин сдвинула брови, подавшись вперед и присматриваясь к образам над головой Йулана. Один из них был… таким странным… Цепь. Почему над ним цепь?
«Он пленник, – вдруг поняла она. – Безвольная игрушка, инструмент в чьих-то руках. О Свет!»
Мэт опасался шпиона. Мин похолодела.
– Императрица, да живет она вечно, уже приняла решение, – сказал Галган. – Мы возвращаемся. Или – в мудрости своей – она передумала?.. – Он бросил на Фортуону вопросительный взгляд.
«Лазутчик умеет направлять Силу, – поняла Мин, глядя на Йулана. – Этот человек находится под Принуждением».
Человек, способный направлять. Кто-то из Черной Айя? Дамани, принявшая сторону Темного? Повелитель ужаса? Шпионом мог быть кто угодно, – скорее всего, он вдобавок прячется под плетением, изменяющим внешность.
Как же Мин вывести его на чистую воду?
С помощью видений. Айз Седай и других способных владеть Силой сопровождают видения – всегда, без исключений. Осталось найти соответствующий образ. Сумеет ли она? Мин же поняла, пусть и инстинктивно, что цепь над Йуланом означает пленение. Значит, он не шпион, а марионетка.
Она принялась рассматривать знать и военачальников. Разумеется, над многими реяли знамения, ведь такого рода людям они свойственны, но Мин выискивала в этой толпе нечто необычное. Наконец ее взгляд задержался на молодой веснушчатой со’джин, и у нее перехватило дух. Мин не узнала эту женщину, но заметила у нее над головой множество образов.
Была ли она здесь с самого начала? Мин не сомневалась, что уже заметила бы ее, подойди эта женщина ближе; людям, которые не являлись Стражами, обладателями дара направлять Силу или та’веренами, крайне редко сопутствовало такое многообразие видений. Однако, по недосмотру или по стечению обстоятельств, Мин даже в голову не приходило обращать особое внимание на слуг.
Итак, лазутчик найден – для Мин очевидно, что шпионка выдает себя за служанку. Девушка отвела взгляд, дабы не пробудить в со’джин ненужных подозрений, и задумалась о том, что делать дальше. Инстинкты нашептывали, что надо атаковать, просто выхватить нож и метнуть его в женщину. Если эта служанка – Повелительница ужаса или, чего доброго, одна из Отрекшихся, одолеть ее можно, лишь нанеся удар первым.
Но нельзя исключать, что эта женщина – самый обычный человек. Мин взвесила все «за» и «против» и поднялась на ноги, игнорируя ропот нескольких Высокородных, возмущенных нарушением правил поведения. Девушка встала на подлокотник кресла, чтобы оказаться вровень с Фортуоной и, стараясь не упасть, тихо произнесла:
– Мэт просил нас вернуться. Как долго вы собираетесь обсуждать его просьбу?
Туон пристально посмотрела на нее и ответила:
– До тех пор, пока не удостоверюсь, что так лучше для империи.
– Но он ваш муж!
– Жизнь одного человека не стоит жизни нескольких тысяч людей, – сказала Туон, но в ее голосе слышалось неподдельное волнение. – Если разведчики Йулана не лгут и битва и впрямь идет скверно…
– Вы назвали меня Говорящей Правду, – сказала Мин. – Поясните, что это значит?
– Если я делаю что-то неправильное, то ты обязана вслух сделать мне замечание. Таков твой долг. Однако этому ты не обучена, поэтому лучше сдерживайся, покуда я не смогу обеспечить…
С колотящимся сердцем Мин повернулась к военачальникам и собравшимся рядом придворным:
– Как Говорящая Правду при императрице Фортуоне, теперь я скажу правду. Чтобы сберечь силы, императрица в час нужды отвернулась от армий Света. Из-за ее гордыни человечество будет уничтожено.
Высокородные оторопели.
– Не все так просто, юная леди, – возразил генерал Галган. Судя по взглядам остальных присутствующих, ему не следовало вступать в полемику с Говорящей Правду, но Галган тем не менее продолжил: – Мы оказались в неоднозначной ситуации.
– Я с пониманием отнеслась бы к вашим словам, – сказала Мин, – не будь мне известно, что среди нас шпион Тени.
Веснушчатая со’джин вздрогнула и подняла взгляд.
«Попалась», – подумала Мин и указала на генерала Йулана:
– Абалдар Йулан, я разоблачаю тебя! Я видела знамения, и они доказывают мне, что ты действуешь против интересов империи!
Лазутчица расслабилась, и Мин заметила тень улыбки у нее на губах. Неплохо. Йулан принялся громко возражать, а Мин уронила в ладонь из рукава нож и метнула его в женщину.
Тот, вращаясь, устремился к цели – но не долетел до нее. Прямо перед женщиной нож остановился, зависнув в воздухе.
