С неба доносились вопли диковинных летающих существ, что появились здесь вместе с шончанской армией. Мишраиль поежился. Свет… Все равно что стоять в доме без крыши, зная, что сверху в тебя целятся вражеские лучники. Сбив одну из крылатых тварей плетением Огня, Мишраиль с удовольствием наблюдал, как она падает, переворачиваясь в воздухе, крутясь и пытаясь взмахнуть смятыми крыльями.
Вообще-то, подобными атаками можно накликать беду на свою голову. Пожалуй, пора уже убить остальных Повелителей ужаса, а потом сбежать. Мишраиль же рассчитывал, что будет на стороне победителя!
– За работу! – приказала Алвиарин. – Делайте, как я сказала. Эти штуки стреляют через переходные врата. Надо найти место, где открывался последний портал, чтобы Донало изучил оставленный вратами след.
Все разошлись осматривать землю, пытаясь отыскать признаки недавно открытых переходных врат. Неподалеку от шарцев бил отряд под знаменем с изображением волка, а если бой переместится сюда… Думать об этом было крайне неприятно.
Не прекращая поисков, Донало – тайренец с широким лицом и седеющей остроконечной бородкой – приблизился к Мишраилю. Оба удерживали Единую Силу.
– Когда погиб Демандред, – прошептал Донало, – я сообразил, что все это ловушка. Все туфта и ложь, от начала и до конца. Нас поимели.
Мишраиль кивнул. Пожалуй, Донало сгодится в качестве союзника. Вместе они сумеют сбежать. Потом, конечно, Донало придется убить. Нельзя оставлять свидетелей, способных доложить Великому повелителю о том, что натворит Мишраиль.
Да и доверия этот парень не заслуживает. Донало присоединился к ним только потому, что с ним насильно провернули тот фокус с мурддраалами. Если человек переметнулся с такой легкостью, ничто не помешает ему переметнуться еще раз. К тому же Мишраилю не нравилось… чувство, которое он испытывал, глядя на Донало и других подвернутых Обращению. Глубоко в этих людях таилось нечто неестественное, и оно изучало окружающий мир, высматривая добычу.
– Надо уматывать отсюда, – вполголоса отозвался он. – Это сражение – удел глупцов… – И осекся, заметив, что в дыму кто-то движется.
Высокий мужчина с золотисто-рыжими волосами. Знакомый человек, израненный, в обгорелой и почерневшей одежде. Мишраиль выпучил глаза, Донало выругался, а Дракон Возрожденный, заметив их, вздрогнул и бросился бежать по плоскогорью. К тому времени как Мишраиль решился на атаку, ал’Тор уже создал переходные врата и скрылся в них.
Из-под земли донесся жуткий рокот, плато стало раскалываться, и часть восточного склона обрушилась на троллоков внизу. Половский взгорок становился все более неустойчивым и непредсказуемым. Еще одна причина убраться отсюда.
– Это был треклятый Дракон! – воскликнул Донало. – Алвиарин! Сюда заявился сам проклятый Дракон Возрожденный!
– Что за чушь? – спросила Алвиарин, приближаясь к ним вместе с остальными.
– Мы видели тут Ранда ал’Тора, – потрясенно вымолвил Мишраиль. – Кровь и треклятый пепел, Донало, ты был прав! Только из-за него мог погибнуть Демандред.
– Избранный постоянно твердил, что Дракон где-то здесь, на этом поле битвы, – заметил Каш.
Донало шагнул вперед и склонил голову к плечу, словно изучая нечто висящее в воздухе.
– Я заметил точное место, где он открыл врата для бегства. Где-то тут. Ага, вот здесь… Да! Чувствую резонанс! Я знаю, куда он отправился!
– Он одолел Демандреда, – с сомнением произнесла Алвиарин, сложив руки на груди. – Разумно ли вступать с ним в бой?
– Вид у него был усталый, – сказал Мишраиль. – Даже более чем усталый. Когда ал’Тор увидел нас, его охватила паника. Наверное, схватка с Демандредом отняла у него все силы.
Алвиарин рассматривала место, где исчез ал’Тор, и Мишраиль прекрасно понимал, о чем она думает. Если убить Дракона Возрожденного, М’Хаэль, быть может, не останется единственным Повелителем ужаса, возвышенным до Избранного. Великий повелитель будет благодарен, очень благодарен тем, кто сразит ал’Тора.
– Нашел! – крикнул Донало, открывая переходные врата.
– Для сражения с ним понадобится круг, – заметила Алвиарин и, помолчав, добавила: – Но в него я возьму только Рианну и Ненсена. Если объединить всех в один круг, мы рискуем лишиться тактической гибкости. Этого я не допущу.
Мишраиль презрительно хмыкнул, собрался с духом и шагнул в переходные врата. На самом деле Алвиарин не хотела, чтобы кто-то из мужчин, возглавив круг, получил возможность лишить ее добычи. Ладно, Мишраиль еще посмотрит, кому суждено убить Дракона.
Он ступил с поля сражения на незнакомую полянку. Влияние Великого повелителя на здешние деревья казалось менее глубоким, чем в других местах. Интересно – почему? Над головой, однако, громыхало все то же черное небо, и вокруг стояла такая темень, что Мишраилю пришлось сплести сферу тусклого света, чтобы хоть что-то разглядеть.
Неподалеку на пеньке отдыхал ал’Тор. Подняв взгляд, он увидел Мишраиля, вскрикнул и сорвался с места. Мишраиль запустил ему вдогонку расцветающий огненный шар, но ал’Тор успел сбить его собственным плетением.
