Память Света полностью

Внизу же тем временем началась мясорубка. Шончанская армия соединилась с силами Илэйн, и оба разъяренных войска набросились на троллоков, создав вокруг них быстро сжимавшийся кордон, не оставлявший исчадиям Тьмы ни единого шанса выжить. Троллоки гибли тысячами, и вскоре земля превратилась в темно-красное месиво.

Но схватка на шайнарском берегу Моры не шла ни в какое сравнение с побоищем, что развернулось на противоположной стороне реки. В проход между топями и Половским взгорком набились троллоки, искавшие спасения от шончанской атаки с запада.

В авангарде шончан шли не солдаты, но команды лопаров и морат’лопаров. Встав на задние лапы, эти животные не становились выше троллоков, но они значительно превосходили их по весу и вдобавок обладали бритвенно-острыми когтями. Исполосовав и обескровив жертву, лопар хватал троллока лапами за шею и откусывал ему голову, находя в этом немалое удовольствие.

Когда троллочьи трупы загромоздили дальнюю часть прохода, лопаров сменили стаи корлмов – крупных пернатых созданий без крыльев, но с длинными кривыми клювами, предназначенными для раздирания плоти. Хищники с легкостью пробежали по грудам мертвых тел, скопившихся на этой скотобойне, после чего принялись отделять мясо от костей тех троллоков, что еще пытались отразить атаку. Пехота почти не участвовала в этом избиении – разве что солдаты выставили пики, чтобы ни один монстр не сбежал из прохода и не поднялся по западному склону взгорка, хотя под звериным натиском враги совершенно утратили боевой дух, и мало кто из них рискнул броситься навстречу шончанским войскам.

Троллоки, в ужасе бежавшие вниз по склону от Мэтовых отрядов, смешались со своими собратьями, застрявшими в коридоре меж топей и взгорком, где немедленно образовалась свалка, и исчадия Тени передрались друг с другом за возможность оказаться выше остальных и сделать лишний глоток воздуха.

Тем временем Талманес и Алудра, установившие драконов в другом конце прохода, стали обстреливать бурлящую массу насмерть перепуганных врагов драконьими яйцами.

Вскоре все было кончено. Число троллоков сократилось со многих тысяч до нескольких сотен. Глядя, как смерть подбирается к ним с трех сторон, выжившие удрали в болото, где многие нашли бескровную, но оттого не менее ужасающую кончину в непролазных зыбунах. Остальных, бредущих по трясине навстречу сладкому запаху свободы, милосердно прикончили стрелами, копьями и арбалетными болтами.

Мэт опустил окровавленный ашандарей и глянул в небо. Где-то там было солнце, но оно пряталось за тучами, и Мэт не мог точно сказать, как давно он сражается бок о бок с героями Рога.

Надо было поблагодарить Туон за возвращение, но Мэт не отправился искать ее, опасаясь, что императрица потребует от него выполнения каких-нибудь принцевых обязанностей.

Вот только… странное напряжение в груди никуда не делось. Напротив, оно становилось все сильнее.

«Кровь и треклятый пепел, Ранд! – подумал Мэт. – Я сделал свое дело. Теперь ты сделай свое».

«Помни, что каждый вдох и каждый шаг ты делаешь по его милости. Твоя жизнь, Игрок, – дар Дракона Возрожденного», – всплыли в памяти слова Амарезу.

Мэт всегда был добрым другом Ранду – разве нет? Ну, по большей части. Кровь и пепел, можно ли ожидать, что парень не станет опасаться… и, быть может, в какой-то мере избегать… приятеля, у которого не все дома? Верно?

– Ястребиное Крыло! – окликнул Мэт Артура, подъехал к нему, отдышался и продолжил. – Эта битва… Она окончена, так?

– Ты крепко затянул этот узел, Игрок, – ответил Ястребиное Крыло, сидевший на коне с царственно-прямой спиной. – Ах… Чего бы я не отдал, чтобы сойтись с тобой на поле боя. Это была бы великая сеча!

– Отлично. Просто замечательно. Но я говорю не об этом сражении. Я имею в виду Последнюю битву. Она окончена, верно?

– Ты задаешь этот вопрос под сумрачными небесами, стоя на дрожащей от страха земле? Какой ответ подсказывает тебе душа, Игрок?

В голове у Мэта продолжали греметь игральные кости.

– Душа подсказывает, что я болван, – проворчал он. – И еще треклятая кукла для битья. Стою и жду, пока меня не начнут пинать. – Он посмотрел на север. – Мне надо туда, где Ранд. Можно попросить тебя об одолжении, Ястребиное Крыло?

– Проси, Трубящий.

– Знаешь, кто такие шончан?

– Мне… знакомы эти люди.

– Думаю, их императрица очень хотела бы с тобой познакомиться. Если поговоришь с ней, буду премного благодарен. И еще… Будь так добр, скажи, что это я тебя прислал, – добавил Мэт и умчался прочь.

– НАДЕЕШЬСЯ, ЧТО Я ОТСТУПЛЮ? – спросил Темный.

Сущность, произносившая эти слова, оставалась для Ранда непостижимой. Даже увидев Вселенную во всей ее бесконечности, он не сумел в полной мере осмыслить природу абсолютного зла.

– Я никогда на это не надеялся, – ответил он. – По-моему, ты не способен отступить. Жаль, что ты не видишь, что не можешь понять, почему из раза в раз терпишь неудачу.

Там, внизу, на поле боя, юный игрок из Двуречья одержал победу над троллоками. Это было лишено всякого смысла. С таким превосходством в численности Тень попросту не могла проиграть.