Удостоив Тома кивком, Кадсуане направилась к пещере, где Ранд сражался за судьбу всего мира. Как только она повернулась спиной к менестрелю, тот, придерживая трубку, чтоб не выпала изо рта, другой рукой метнул нож. Клинок угодил Айз Седай в самую середину спины, перебив позвоночник.
Она шлепнулась оземь, будто мешок картошки.
«Избитая фраза, однако, – думал Том, попыхивая трубкой. – Мешок картошки? Надо поискать другое сравнение. К тому же, часто ли мешки с картошкой шлепаются оземь? Не особо». Она упала, как… Как что? Как ячмень, что просыпался из порванного мешка и горкой скопился на дороге? Да, уже получше.
Когда Айз Седай умерла, ее плетение исчезло, и под личиной Кадсуане обнаружилось другое лицо. Том смутно помнил эту женщину. Доманийка. Как же ее звали? Джини Кайд. Точно, она. Симпатичная была.
Том снова покачал головой. Все бы хорошо, но Джини не угадала с походкой. Неужели они не понимают, что походка отличает одного человека от другого не хуже, чем форма носа? Все женщины, пытавшиеся проскользнуть мимо Тома, считали, что для обмана достаточно изменить лицо, одежду и, быть может, голос.
Спрыгнув со своего насеста, менестрель подхватил мертвое тело под руки и оттащил его в ближайшую расселину, где скопилось уже пять трупов – и где теперь стало явно тесновато, – после чего пыхнул трубкой и, скинув плащ, прикрыл им торчавшую из-за камней руку Черной сестры.
Том снова заглянул в туннель – хотя Морейн не было видно, эти взгляды успокаивали его, – а затем вернулся на каменную глыбу. Там он опять уселся, достал лист бумаги, вооружился пером и – под громыхание грома, крики солдат, грохот разрывов и завывание ветра – приступил к сочинению баллады.
Когда на взгорке Мэт обнаружил Грейди вместе с Олвером и Ноэлом, в голове у него не унимались игральные кости. Под мышкой он держал небольшой сверток, а в свертке – распроклятое знамя Ранда. Повсюду лежали мертвые тела, валялось оружие и части доспехов. Камни пятнала кровь. Но бой здесь закончился, и на Половском взгорке не осталось ни единого врага.
Ноэл, восседавший верхом, встретил Мэта широкой улыбкой. Сидевший перед ним Олвер сжимал в руках Рог Валир, а рядом с их конем стоял Грейди. После Исцеления Олвер выглядел изможденным, но заметно было, что мальчуган страшно гордится собой.
Ноэл. Еще один герой Рога Валир. Проклятье, почему бы и нет?! Это же сам Джейин Далекоходивший! Но Мэт ни за что не хотел бы махнуться с ним местами. Может, Ноэлу такое по душе, но Мэт не намерен плясать под чужую дудку. Даже в обмен на бессмертие. Ну уж нет!
– Грейди! – крикнул он. – Там, у реки, ты славно потрудился. Вода хлынула в самый подходящий момент.
Аша’ман кивнул. Его лицо приобрело пепельно-серый оттенок – как у человека, увидевшего нечто, чего ему совсем не хотелось видеть.
– Что… Что это было?..
– В другой раз объясню, – сказал Мэт. – А сейчас мне нужны треклятые переходные врата.
– Куда? – спросил Грейди.
Мэт глубоко вздохнул и выпалил:
– К Шайол Гул.
А про себя добавил: «Куда мне, дураку, и дорога».
– Не выйдет, Коутон, – помотал головой Грейди.
– Что, слишком устал?
– Да, я устал, – подтвердил Грейди. – Но дело не в этом. Близ Шайол Гул творится нечто странное. Какая-то сила препятствует открытию там переходных врат. Если можно так выразиться, там деформировался сам Узор. Долина уже не является чем-то единым. Она превратилась во множество разрозненных, отдельных от других мест, недоступных для создания порталов.
– Грейди, – признался Мэт, – говорить мне эти умные слова так же бессмысленно, как беспалому играть на арфе.
– Коутон, в долину Такан’дар переместиться нельзя, – растолковал ему Аша’ман. Похоже, он начал сердиться. – Выбирай другое место.
– Какое будет ближе всего?
Грейди пожал плечами:
– Наверное, один из лагерей разведчиков. Это в дне пешего пути от Шайол Гул.
Один день пешего пути. Мэта все сильнее тянуло к Ранду.
– Мэт, а разве мне не надо отправиться в Запустение вместе с тобой? – спросил Олвер. – Ведь там потребуется помощь героев!
Дельная мысль. Тяготение стало невыносимым. «Кровь и пепел, Ранд, оставь меня в покое, ты…»
Мэт взял себя в руки и призадумался. Лагерь разведчиков…
– Имеешь в виду какой-то бивак шончанского патруля?
– Да, – ответил Грейди. – Теперь, когда нельзя рассчитывать на переходные врата, оттуда присылают донесения о ходе битвы.
– Ну что ты стоишь с таким глупым видом?! Давай открывай врата! – приказал Мэт. – Поехали, Олвер. Нам надо еще кое-что сделать.
– Э-эх-х-х-х! – Со вздохом восхищения Шаисам выполз на поле сражения у Такан’дара. Все складывалось идеально. Его враги убивали друг друга, а он… Он вырос до громадных размеров.
Его сознание гнездилось в каждом завитке тумана, постепенно скатывавшегося по склону и заполнявшего долину Такан’дар. Души троллоков были… недостаточно сытными, хотя можно удовольствоваться и простым зерном, имея его в достатке. И Шаисам уже поглотил немало этих душ.
