— Когда ты увидела меня, — пояснил Мэт, — с кинжалом, который мог полететь в тебя, в руке — ты не позвала стражу. Ты не боялась, что я пришел, чтобы убить тебя. Ты оглянулась через плечо, чтобы увидеть мою цель. Я считаю, это было самое сильное признание в любви, которое мужчина может получить от женщины. Если, конечно, ты не присядешь ко мне на колени на минутку…
Она не ответила. Свет, но она и в самом деле казалась холодной. Неужели все изменилось с тех пор, как она стала Императрицей? Он ведь не потерял ее, верно?
Фурик Карид, капитан Стражей Последнего часа, вскоре прибыл вместе с Музенге. Карид выглядел как человек, который только что увидел, как горит его дом. Другие Стражи Последнего Часа салютовали ему и, похоже, казалось сникли перед ним.
— Императрица, мои глаза опущены, — сказал Карид, опускаясь ничком на землю перед ней. — Я присоединюсь к тем, кто провинился, мы покончим с собой пред вашим лицом, как только прибудет на смену новый отряд стражей.
— Ваши жизни принадлежат мне, — сказала Туон. — И вы не окончите их до тех пор, пока я не разрешу. Этот убийца был не обычный человек, а порождение Тени. Твои глаза не опущены. Принц Воронов научит вас, как увидеть такое создание, так что в следующий раз вас не застанут врасплох, — Мэт был совершенно уверен, что Серый Человек был рожден совершенно естественно, и, более того, троллоки и Исчезающие тоже. Однако не стоило указывать на это Туон. Кроме того, его внимание привлекло нечто другое в ее приказе.
— Так что я теперь должен сделать? — спросил Мэт.
— Научить их, — мягко сказала Туон. — Ты Принц Воронов. Это будет частью твоих обязанностей.
— Нам нужно это обсудить, — сказал Мэт. — Все называют меня «Высочайший», так не пойдет, Туон. Этого просто не должно быть.
Она не ответила. Она ждала, пока закончатся поиски, и не пыталась скрыться во дворце.
Наконец Карид снова подошел к ней.
— Высочайшая, в садах нет следов этой твари, однако один из моих людей обнаружил следы крови на стене. Я предполагаю, что убийца сбежал в город.
— Маловероятно, что он попытается снова убить меня этой ночью, — сказала Туон. — Пока мы начеку. Не распространяйте эту новость среди обычных солдат и стражи. Сообщите моему Голосу, что наша уловка перестала действовать, и что мы должны придумать новую.
— Да, Императрица, — сказал Карид, снова низко поклонившись.
— А теперь, — сказала Туон, — освободите сад и охраняйте стены и ворота. Я буду проводить время со своим супругом, который потребовал, чтобы я «заставила почувствовать, что его любят».
— Это не совсем то, что я сказал — промолвил Мэт, пока Стражи Последнего часа скрывались в темноте.
Туон кинула на Мэта изучающий взгляд, потом стала раздеваться.
— Свет! — сказал Мэт. — Ты это имела в виду?
— Я не собираюсь сидеть у тебя на коленях, — сказала Туон, высвобождая одну руку из одежды и обнажив грудь. — Хотя я могу позволить тебе сесть на меня. Этой ночью ты спас мне жизнь. Этим ты заслужил особые привилегии. Это…
Она умолкла, как только Мэт схватил её и поцеловал. Она от неожиданности напряглась. «В треклятом саду, — подумал он. — Когда солдаты бродят вокруг на расстоянии слышимости». Хорошо, если она думает, что Мэтрима Коутона это смутит, её ждёт сюрприз.
Он оторвался от ее губ. Она прильнула к нему, и, к его радости, затаила дыхание.
— Я не буду твоей игрушкой, — строго сказал Мэт. — Я этого не потерплю, Туон. Если ты будешь настаивать на своем, я уйду. Заруби себе на носу. Иногда я валяю дурака. С Тайлин так точно. Я не буду так поступать с тобой.
Она поднялась и дотронулась до его лица, неожиданно ласково.
— Я бы не сказала тех слов, которые сказала, если бы считала тебя лишь игрушкой. Мужчина, потерявший глаз, в любом случае не игрушка. Ты познал битву; каждый, кто посмотрит на тебя, поймет это. Тебя не примут за дурня, да и мне нет пользы от игрушки. Мне нужен принц.
— А ты меня любишь? — спросил он, с трудом выговорив эти слова.
— Императрица не любит, — сказала она. — Я сожалею. Я с тобой, потому что так повелевают пророчества, и потому с тобой я принесу Шончан наследника.
У Мэта возникло ощущение, будто он тонет.
— Однако, — сказала Туон. — Возможно, я могу допустить, что… рада тебя видеть.
«Хорошо, — подумал Мэт, — думаю, могу это принять. Пока».
Он снова поцеловал её.
Лойал, сын Арента, сына Халана, тайно всегда хотел быть быстрым.
Лойал считал людей удивительными созданиями! Причем не скрывал этого. Его поражала невнимательность людей, их неспособность слушать. Лойал мог проговорить с ними целый день, а затем обнаружить, что большую часть они пропустили мимо ушей. Неужели, люди думают, что кто-то будет говорить просто так — без цели?
Лойал слушал, когда они говорили. Каждое слово из их уст много говорило о них. Люди были похожи на молнию. Вспышка, взрыв, сила и энергия. И все пропало. На что это похоже?
Торопливость. Из торопливости стоило извлечь некоторые уроки. Лойал начинал задаваться вопросом, а хорошо ли он освоил этот особый урок.
