Пятно зеленеющей травы расползалось от ног Ранда. Охранники, стоявшие поблизости, отскочили назад, схватившись за мечи, поскольку волна жизни шла от Ранда. Коричневые и желтые стебли сменили цвет, точно на них вылили краску, потом расправились — потягиваясь, будто после долгой дремоты.
Зелень залила весь сад.
— Он все еще огражден! — кричала сул`дам. — Ваше Высочество, он все еще огражден!
Мэт вздрогнул и тут заметил кое-что. Очень тихо, так тихо, что можно и не заметить.
— Ты поешь? — прошептал Мэт Ранду.
Да… это не ошибка. Ранд пел, шепотом, очень мягко. Мэт шлепнул себя по бедру.
— Клянусь, я уже где-то раз слышал эту мелодию… Это «Две девицы у реки»?
— Ты не помогаешь, — прошептал Ранд. — Молчи.
Ранд продолжал петь. Зелень дошла до деревьев, ели расправляли ветви. Другие деревья выпустили листья — это действительно оказались персиковые деревья — которые быстро росли, жизнь вливалась в них.
Охранники озирались по сторонам, крутились волчком, пытаясь наблюдать за всеми деревьями сразу. Селусия съежилась. Туон осталась стоять прямо, ее взгляд остановился на Ранде. Поблизости напуганные сул’дам и дамани, должно быть, перестали удерживать силу, путы, державшие Мэта, исчезли.
— Ты отрицаешь мое право? — требовательно спросил Ранд. — Ты отрицаешь, что мое право на эти земли древнее твоего на тысячи лет?
— Я… — Туон глубоко вздохнула и вызывающе посмотрела на него. — Ты разломил мир, бросил его. Я могу отрицать твое право.
За ее спиной словно белые и розовые фейерверки взорвались цветением деревья. Вокруг них закружился цветной вихрь. Лепестки на глазах расправлялись, опадали, их тут же подхватывал ветер и нес над поляной.
— Я позволил тебе жить, — сказал Ранд, обращаясь к Туон, — когда мог мгновенно уничтожить. Это потому, что при твоем правлении жизнь людей стала лучше, хотя с тебя нельзя снять вину за то, как ты обращалась с некоторыми. Твое правление непрочно, как бумага. Ты держишь эту землю только силой оружия и дамани, но твоя родина в огне.
Я прибыл сюда, не для того, чтобы уничтожить тебя. Сейчас я пришел сюда, чтобы предложить мир, Императрица. Я прибыл без армий и даже без силы. Я приехал, потому что я полагаю, что нужен тебе точно также, как ты нужна мне, — Ранд шагнул вперед и — невероятно! — преклонил колено, склонив голову и протянув руку Императрице. — Я протягиваю тебе свою руку в знак союза. Последняя битва уже началась. Присоединяйся ко мне и сражайся.
На поляне вокруг них все успокоилось. Стих ветер, перестал грохотать гром. Персиковые лепестки опускались на уже зеленую траву. Ранд не менял позы, протянутая рука повисла в воздухе. Туон уставилась на эту руку, будто это была змея.
Мэт поспешно подошел.
— Хороший трюк, — шепнул он Ранду. — Очень хороший трюк, — он приблизился к Туон, взял ее за плечи и повернул лицом к себе. Стоявшая рядом Селусия была ошеломлена. Да и Карид выглядел не лучше. От них помощи ждать нечего.
— Эй, послушай, — мягко сказал Мэт. — Он — добрый малый. Он немного неотесан, но ты можешь доверять его слову. Если он предложил тебе соглашение, то он выполнит его.
— Это было очень внушительное зрелище, — тихо произнесла Туон. Она слегка дрожала. — Что он такое?
— Сожгите меня, если я знаю, — ответил Мэт. — Послушай, Туон. Я рос с Рандом. Я ручаюсь за него.
— В этом человеке есть Тьма, Мэтрим. Я видела её, когда мы в последний раз встречались.
— Посмотри на меня, Туон. Посмотри на меня.
Она посмотрела, встретив его пристальный взгляд.
— Ты можешь доверять Ранду ал’Тору даже когда речь идет обо всем мире, — сказал Мэт. — А если ты не можешь доверять ему, доверься мне. Он — наш единственный выбор. У нас нет времени, чтобы тащить его в Шончан.
Я был в городе достаточно долго, чтобы успеть приглядеться к твоей армии. Если ты собираешься сражаться в Последней битве и вернуться обратно на родину, тебе нужна прочная база здесь, в Алтаре. Прими его предложение. Он просто предъявил свои права на эту землю. Так заставь его защищать твои теперешние границы и объяви об этом во всеуслышание. К тебе прислушаются. Чуть облегчи свою ношу. Если только ты не хочешь сражаться одновременно с троллоками, народами, населяющими эти земли, и мятежниками в Шончан.
Туон моргнула.
— Наша армия.
— Что?
— Ты назвал ее
— Ну, надо думать, так оно и есть. Послушай, Туон. Ты должна это сделать. Пожалуйста, — она обернулась, посмотрела на Ранда, коленопреклоненного на ковре из персиковых лепестков, они улеглись вокруг него кольцом. Но ни один не опустился на самого Ранда.
— Что ты предлагаешь? — спросила Туон.
— Мир, — ответил Ранд, вставая; рука его все еще была протянута. — Мир на сто лет. Может больше, если я смогу это устроить. Я убедил других правителей подписать договор и вместе сражаться с армиями Тени.
— Мои существующие границы должны сохраниться, — сказала Туон.
— Алтара и Амадиция останутся твоими. Твой договор не отнимет их у меня. Ты желаешь мира? Вот ты и дашь мне его.
— Тарабон и половина равнины Алмот, — возразил Ранд. — Половина, которой ты уже владеешь.
