— Когда ты сражаешься на поле битвы, ты стоишь не менее тысячи обычных солдат, — сказал Гавин. — И если даже необходимо двадцать два часа сна в день, чтобы ты была в хорошей форме и сражалась с удвоенной силой, я думаю, тебе стоит выспаться. К счастью, в этом нет необходимости, так же как и нет необходимости в том, чтобы ты загоняла себя так, как сейчас делаешь.
Он почувствовал ее раздражение через связь, но она вздохнула.
— Ты прав, конечно, — она посмотрела на него. — И не надо удивляться, что я признаю это.
— Я и не удивляюсь, — сказал Гавин.
— Я же ощущаю, что ты чувствуешь, Гавин.
— А это удивление совершенно по другому поводу, — ответил он. — Я вспомнил, что сказал Слит несколько дней назад, это была шутка, которую я до сегодняшнего дня не понимал.
Он посмотрел на нее с невинным видом.
Наконец-то заслуженная улыбка. Намек на нее, но и этого достаточно. Она не улыбалась почти все эти дни. Немногие из них улыбались.
— Кроме того, — сказал он, принимая у нее поводья и помогая ей спешиться, когда они достигли командного шатра, — я никогда особо не задумывался над тем, что Стражи могут не подчиняться Трем Клятвам. Интересно, как часто сестрам это оказывается весьма кстати?
— Я надеюсь, не слишком часто, — сказала Эгвейн. Очень дипломатичный ответ. Внутри командного шатра они обнаружили Гаррета Брина, который смотрел вниз через ставшие уже привычными врата; их поддерживала похожая на мышку Серая, Гавин ее не знал. Брин отошел к покрытому картами столу, где в ожидании указаний стояла Суан. Он сделал несколько пометок на карте, кивая своим мыслям, затем посмотрел на вошедших.
— Мать, — сказал Брин, и взял ее руку, чтобы поцеловать кольцо.
— Кажется, сражение идет неплохо, — сказала Эгвейн, кивая Суан. — Мы здесь держимся хорошо. У вас есть план, как продвинутся вперед, верно?
— Мы не можем остаться здесь навсегда, Мать, — сказал Брин. — Королева Илэйн попросила меня предварительно рассмотреть отступление дальше в Кандор, и я думаю, есть смысл сделать это. Меня беспокоит, что троллоки могут отойти назад к холмам, чтобы восстановить свои ряды. Вы заметили, как они каждую ночь тащили с поля все больше тел?
— Да.
Гавин почувствовал ее недовольство, она хотела бы, чтобы у Айз Седай хватило сил каждый день сжигать троллочьи туши с помощью Единой силы.
— Они собирают провиант, — сказал Брин. — Возможно, они решили двинуться в восточном направлении и окружить нас. Мы должны удерживать их здесь, что может означать продвижение к тем холмам. Это потребует больших жертв, но сейчас… — он покачал головой, подошел и взглянул сквозь врата на передние ряды. — Ваши Айз Седай играют главную роль в этих сражениях, Мать. Я никогда не видел ничего подобного.
— Именно поэтому, — ответила она. — Тень делает все возможное, чтобы сломить Белую Башню. Темный знает. Белая Башня способна управлять этой войной.
— Мы должны следить за Повелителями ужаса, — сказала Суан, перебирая бумаги. Гавин подумал, что это донесения разведчиков. Он мало знал Суан Санчей, несмотря на то, что пощадил ее жизнь, но Эгвейн часто рассказывала, как она жадно собирает любые сведения.
— Да, — сказала Эгвейн. — Они придут.
— Черная Башня, — сказал Брин, нахмурившись. — Доверяете ли вы слову лорда Мандрагорана?
— Готова ручаться за него своей жизнью, — ответила Эгвейн.
— Аша`маны сражаются на стороне врага. Почему бы Возрожденному Дракону не вмешаться? Свет, если все оставшиеся Аша`маны на стороне Тени…
Эгвейн покачала головой.
— Брин, я хочу, чтобы всадники были готовы к выступлению, отправьте их в то место возле Черной Башни, куда все еще можно открыть врата. Переместите их, пусть мчатся во весь опор к сестрам, которые все еще находятся вне стен Черной Башни.
— Ты хочешь, чтобы они напали? — спросил Гавин, оживляясь.
— Нет. Они должны отойти подальше, чтобы можно было открыть врата, а потом они должны присоединиться к нам здесь. Мы не можем позволить себе никаких задержек. Я хочу, чтобы они были здесь.
Она легонько постучала по столу пальцем.
— Таим и его Повелители Ужаса придут. Они держались в стороне от этой битвы, направив все усилия против лорда Мандрагорана. Благодаря этому они побеждают там, как мы побеждаем здесь… Я отправлю побольше сестер в армию порубежников… Мы в конце концов должны оказать им сопротивление.
Гавин ничего не ответил, только плотно сжал губы. Меньше сестер здесь означает больше работы для Эгвейн и других.
Потом Эгвейн начала было:
— Мне нужно… — она умолкла, заметив выражение лица Гавина. — Я полагаю, мне нужно поспать. Если я не нужна, отправлюсь. Свет, я не знаю, где я буду спать сегодня. Гавин?
— В шатре Маерин Седай. У нее дежурство на следующей смене, поэтому у тебя будет несколько часов непрерывного сна.
— Если только я срочно не понадоблюсь тут, — напомнила Эгвейн. Она пошла к палатке.
— Конечно, — сказал Гавин, провожая ее, но отрицательно покачал головой, глядя на Брина и Суан. Брин улыбнулся, кивая в ответ. На поле сражения мало что требовало срочного и пристального внимания самой Амерлин. Совет Башни помогал следить за действиями их войск.
