«Я не могу вести себя так, будто делаю что-то подозрительное, — мгновенно подумал он. — Я не могу позволить ей пойти к Эгвейн».
— Это? — спросил он, держа кольцо. — Это одно из тех колец, что мы отобрали у наемных убийц Шончан, которые пытались убить Эгвейн. Мы думаем, что это нечто вроде тер`ангриалов, хотя ни об одном из них Белая Башня никогда не слышала.
Лейвлин тихо прошипела:
— Этим может одарить только императрица, да живёт она… — она оборвала себя на полуслове и глубоко вздохнула. — И предназначены они только тем, кого назначают Кровавым ножом, такие кольца разрешается носить тем, кто отдает свою жизнь императрице. Если б вы надели такое кольцо, это было бы очень, очень неправильно.
— К счастью, — ответил Гавин, — я не носил его.
— Кольца опасны, — сказала Лейвлин. — Я знаю о них немного, но, говорят, они убивают тех, кто их использует. Не позволяй своей крови коснуться кольца, иначе ты запустишь его, и это будет смертельно, Страж, — она вручила ему миску с едой и пошла прочь.
Домон не последовал за ней. Иллианец поскреб свою короткую бороду.
— Она не самая любезная из женщин, моя жена, — сказал он Гавину. — Но она действительно сильна и мудра. Тебе лучше бы послушать её.
Гавин убрал кольцо в карман. «Прежде всего, сама Эгвейн никогда не позволил бы мне носить его». Так оно и было бы. Если бы она узнала об этом.
— Скажи своей жене, что я ценю ее предупреждение. Я должен предупредить вас, что наемные убийцы до сих пор очень больная тема для Амерлин. Так что лучше не говорить с ней про Кровавые ножи или их тер`ангриалы.
Домон кивнул и пошел за Лейвлин. Гавин почувствовал лишь небольшой укол стыда за обман. Он не сказал ничего, что не соответствовало бы действительности. Он просто не хотел, чтобы Эгвейн задавала неудобные вопросы.
Это кольцо и его подобия представляли собой некую силу. Это был не путь Стража. Стоять рядом с Эгвейн, высматривая угрожающие ей опасности — таков путь Стража. Но он имеет смысл на поле сражения, а не тогда, когда приходится разъезжать повсюду, точно какой-то герой.
Он твердил себе это снова и снова, пока ел. К тому времени, как он покончил с едой, Гавин почти убедил себя, что верит в это.
И он не стал рассказывать Эгвейн о кольцах.
Ранд помнил, как впервые увидел троллоков. Нет, не тогда, когда они напали на его ферму в Двуречье. Когда он по-настоящему в первый раз увидел их. Это было во время прошлой Эпохи.
«Придет время, когда их больше не будет», — думал он, сплетая Огонь и Воздух, создавая стену пламени, которая взорвалась в середине отряда троллоки. Находящиеся поблизости солдаты из Волчьей Гвардии Перрина вскинули оружие в знак благодарности. Ранд кивнул в ответ. В этом бою его лицо было скрыто под внешностью Джура Грейди.
Когда-то троллоки не оскверняли эту землю. И эти времена могут вернуться. Может, если Ранд убьет Темного, это произойдет сразу же?
Жар от стены пламени вызвал пот на его лбу. Он внимательно посмотрел на ангриал в виде толстячка — он не мог позволить себе выглядеть слишком мощным — и поразил другой отряд троллоков здесь же, на поле боя к западу от реки Алгуэнья. Войска Илэйн прошли Эринин и двигались дальше на восток, а теперь они ждали завершения строительства мостов через Алгуэнью. Возведение мостов было практически закончено, но в это время авангард троллоков догнал их, и армия Илэйн вынуждена была занять оборонительные позиции, чтобы удержаться, пока они смогут пересечь реку.
Ранд был рад помочь. Реальный Джур Грейди отдыхал в своем лагере в Кандоре, устав от Исцеления. Удобная личина — Ранд мог носить ее и не привлекать к себе внимание Отрекшихся.
Ему доставляли удовольствие крики горящих заживо троллоков. Он любил этот звук, особенно в конце Войны Силы. Благодаря этим воплям он чувствовал, что делает нечто нужное.
Он не знал, что представляют собой троллоки, когда увидел их в первый раз. О, он знал об экспериментах Агинора. Льюис Тэрин неоднократно называл его сумасшедшим. Но он не понимал, да многие из них тогда не понимали. Агинор слишком любил свои проекты. Льюис Тэрин ошибался, думая, что Агинор, подобно Семираг, применяет пытки только ради удовольствия.
А потом появились отродья Тени.
Монстры продолжали гореть и корчиться.
И все-таки Ранд боялся, что эти твари могли быть возрожденными людьми. Агинор использовал людей, чтобы создать троллоков и Мурддраалов. Неужели это было правдой? Родиться заново в виде этих извращенных созданий? Сама мысль об этом вызвала тошноту.
Он посмотрел на небо. Облака начали расходиться, как всегда около него. Ранд мог остановить их, но… нет. Люди нужен Свет, а он все равно не мог оставаться здесь слишком долго, иначе станет ясно, что один из Аша`манов слишком силен для того, чью внешность он принял.
Ранд позволил, чтобы стало светло.
Повсюду на поле боя вдоль речного берега люди поднимали глаза к небу, откуда струился солнечный свет, а темные тучи уходили прочь.
