Грот был точно пасть, медленно сжимающая свою добычу. Волосы на голове Ранда коснулись верхушки сталактита, и Найнив присела на корточки, глядя вверх и приглушённо ругаясь.
— Нет, — останавливаясь, сказал Ранд. — Я не поползу к тебе на коленях, Шай’тан.
Пещера в ответ зарокотала. Тёмные своды, казалось, сжимались, давя на Ранда. Он стоял не двигаясь. Как будто он был застрявшей шестерёнкой, и весь остальной механизм нажимал на него, чтобы продолжать крутить стрелки часов. Он стоял спокойно.
Каменные своды содрогнулись, а потом отступили. Ранд сделал шаг вперёд и выдохнул, когда давление спало. То, что он начал, не могло быть сейчас остановлено. Промедление давило и на него, и на Тёмного; его противник был пойман в ловушку неизбежности точно так же, как и он сам. Тёмный не существовал внутри Узора, но Узор всё же оказывал на него влияние.
Позади Ранда, там, где он только что стоял, осталась небольшая лужица крови.
«Мне следует поспешить, — подумал он. — Не могу же я истечь кровью и умереть до того, как закончится битва».
Земля снова задрожала.
— Всё верно, — прошептал Ранд. — Я пришёл за тобой. Я не овца, ведомая на бойню, Шай`тан. Сегодня я охотник.
Дрожание земли походило на смех. Жуткий смех. Ранд не обратил внимания на тревожный взгляд Морейн, шедшей рядом с ним.
Они продолжали спускаться. Странное чувство пришло по узам. Одна из его женщин была в беде. Это Илэйн? Авиенда? Он не мог сказать. Извращенность этого места влияла на узы. Он двигался сквозь время иначе, чем они, и он потерял ощущение времени с тех пор, как они вошли. Он лишь чувствовал, что одна из них страдала от боли.
Ранд зарычал, прибавляя шаг. Если Тёмный как-то ранил их… Разве тут не должно становиться светлее? Они вынуждены были полагаться только на мерцание Калландора, через который Ранд тянул саидин.
— Где огни? — спросил Ранд, голос отразился эхом. — Расплавленный камень в конце пути?
— Огни были поглощены, Льюис Терин, — ответил голос из теней впереди.
Ранд остановился, затем шагнул вперед, Калландор вспыхнул, чтобы высветить коленопреклоненную фигуру на границе света и тьмы, голова склонена, меч, остриё которого упиралось в землю перед ним.
За фигурой было… ничто. Чернота.
— Ранд, — сказала Морейн, кладя ладонь на его руку. — Тёмный поднимается вопреки своим узам. Не касайся этой черноты.
Фигура встала и обернулась, теперь знакомое лицо Моридина отражало мерцание Калландора. Рядом с ним на земле лежала оболочка. Ранд не мог объяснить это иначе. Она была подобна личинке, которую некоторые насекомые сбрасывают после того, как они выросли, только эта была в форме человека. Человека без глаз. Одного из Мурддраалов?
Моридин посмотрел на оболочку, проследив взгляд Ранда.
— Сосуд, который больше не нужен моему хозяину, — сказал Моридин. Саа, отметка Темного, металась в его глазах, содрогалась, перемещаясь с безумной скоростью. — Это породило то, что у меня за спиной.
— За тобой — ничто.
Моридин поднял свой меч, держа клинок прямо перед своим лицом, отсалютовал.
— Точно, — его глаза почти полностью заливала чёрнота.
Ранд велел Морейн и Найнив отступить на несколько шагов назад, когда Моридин приближался.
— Ты требуешь поединка? Здесь? Сейчас? Элан, ты же знаешь, то, что я делаю — неизбежность. Задерживать меня не имеет никакого смысла.
— Никакого смысла, Льюис Терин? — засмеялся Моридин. — Если я тебя даже чуть-чуть ослаблю, разве не станет задача моего хозяина проще? Нет, я думаю, что должен преградить тебе путь. А если я выйду победителем, что тогда? Твоя победа не безусловна. И никогда не была такой.
«Я снова выиграю, Льюис Терин…»
— Ты можешь отойти в сторону, — сказал Ранд, подымая Калландор; мерцание его света искажало чёрный меч Моридина. — Я могу потерпеть поражение, также как и ты. Позволь мне пройти. Хотя бы раз сделай тот выбор, который должен сделать.
Моридин засмеялся.
— Сейчас? Сейчас ты просишь меня вернуться к Свету? Мне было обещано забвение. Наконец-то ничто, полное уничтожение моей сути. Конец. Ты не украдёшь этого у меня, Льюис Терин! Клянусь могилой, нет!
Моридин наступал, размахивая мечом.
Лан выполнил «вишневый лепесток целует пруд» — не простая задача верхом, так как эта позиция не была предназначена для седла. Его меч проткнул шею троллока, на несколько дюймов углубившись в кожу существа. Этого оказалось достаточно, чтобы зловонная кровь брызнула в стороны. Тварь с лицом быка бросила оружие, чтобы зажать рану на шее, и выдавила из себя какое-то бульканье — полу-крик, полу-стон.
Лан развернул Мандарба, когда второй троллок напал сбоку. Лан отсек ему руку, пока тот разворачивался. Троллок пошатнулся от удара, и Андер проткнул его сзади.
Андер приостановил свою лошадь рядом с Мандарбом, сквозь грохот битвы Лан услышал, как тяжело дышал его друг. Как давно они уже сражались здесь, в первых рядах? Руки Лана висели свинцовыми гирями на его плечах.
Так плохо не было даже во времена Кровавого Снега.
— Лан! — закричал Андер. — Они все идут!
