Распрощавшись с товарищами, мы отъехали совсем недалеко. Наши передовые подразделения прошли здесь совсем недавно. Кругом еще шла стрельба. Нашим командирам обстановка показалась неясной. Они решили выслать вперед разведчиков, чтобы проверить дорогу, а самое главное – найти штаб комбата-1. Мы еще не знали, что к этому времени комбат-1 капитан Рогов был уже убит. Вместе с ним от одной бомбы погибли помначштаба батальона старший лейтенант Кузнецов и писарь батальона Полянский.
Разведка ушла, а мы остановились на краю леса. Впереди нас была большая поляна, на которой рос прекрасный клевер. Кони наши были не кормлены с прошлых суток. Но на поляну выезжать было опасно. Тогда командир батареи приказал нам осторожно выползти вперед и руками нарвать для коней этого прекрасного корма. Так мы и сделали. Кони скоро захрустели свежей, душистой и цветистой травой. Чтобы им было удобнее, мы отстегнули дышла. Очень скоро наши охапки растаяли на глазах. Мы снова выползли на клеверную поляну. А кто-то из нас не выдержал, встал на четвереньки, а потом и вовсе поднялся во весь рост. Другие последовали дурному примеру. И вдруг на нас обрушился шквал минных разрывов. Мины налетели на нас неожиданно, с ужасным воем. Нас накрыл немецкий шестиствольный миномет: за истошный вой мин во время полета солдаты прозвали его «ишаком». Но существовало и другое прозвище этого страшного фашистского оружия. Наши же солдаты почему-то нарекли его «Ванюшей». Какой-то смысл в этом ласковом имени был. Раздался один залп разрывов. Нам сразу все стало ясно. Комбат, выругавшись на нас, скомандовал батарее: «Вперед!» Ездовые, не пристегнув дышла и почти цепляя ими за землю, ударили по лошадям и пустили их вскачь через клеверную поляну. Мы знали, что выйти из-под минометного огня можно было броском или вперед или назад. Комбат скомандовал нам: «Вперед!» – и мы бежали, схватившись за щитки и станины орудий, а разрывы мин продолжались и справа, и слева, и сзади. Впереди меня бежал Мишка Курочкин. Я старался поспевать за ним и все смотрел почему-то на висевший на его поясе плоский ранцевый котелок. И вдруг я увидел, что крышка котелка раскрылась, и из нее выскочил тряпичный сверток, в котором была завернута пачка листового табака. Накануне Мишка раздобыл где-то этот дорогой трофей. Теперь он не видел, что теряет его.