Это повторилось ровно через полтора месяца того, 1945 года. Девятого мая наконец пришла наша Великая Победа. В Москву сразу стали прибывать сводные полки и батальоны всех фронтов, флотов и флотилий. Началась подготовка к Параду Победы. Парадные расчеты фронтов расположились в казармах войск Московского гарнизона и в ближайшем Подмосковье. Целых полтора с лишним месяца во всех районах Москвы звучали российские военные марши, рассыпалась дробь барабанов – шли репетиции. Не привыкшие к парадному строю герои, отобранные по знакам доблести и отваги и, конечно, физическим данным из еще не отдышавшихся и не отоспавшихся полков и дивизий, с трудом, в поте лица своего, осваивали незнакомый им вид военного искусства. Зато после обеда и до самого вечера героям разрешалось свободно гулять по городу. Москва тогда сияла блеском орденов и медалей, наполняясь их серебряным звоном. Всю любовь, восхищение и искренние восторги Москва тогда отдавала им. А они отбивали всех невест у московских гарнизонных женихов. Строевая же наука давалась им с большим трудом.
А наш генерал сразу после 9 мая продолжил строевые занятия, несмотря на то что с выправкой, равнением и чеканным шагом с оружием «на руку» никто соревноваться с нами не мог. С утра он снова и снова каждый день выходил на трибуну перед микрофоном, брал руку «под козырек» и ею же, медленно опуская в такт барабану, дирижировал проходящими шеренгами. Из громкоговорителей на всю округу раздавались его короткие, зычные, на высокой ноте реплики с яркими русскими фольклорными добавками. И я опять, все в том же втором батальоне, как и все, старательно вышагивал в той же второй шеренге. На этот раз я шел правофланговым направляющим. Моя задача теперь усложнилась. Дело в том, что при прохождении мимо трибуны после сигнальной команды голосом «И-раз» все солдатские головы делали резкий поворот, равняясь направо. В этот момент все шеренги центростремительной силой наваливались на правый фланг и, не удержи их правофланговые, все девятнадцать солдат каждой шеренги, шагающие слева от них, могли вытолкнуть ряд направляющих за габарит парадной батальонной коробки. Такие случаи бывали не только на тренировках, но и во время прохождения на парадах. Очень конфузная тогда возникала ситуация. Правофланговые, запоздав с удержанием равновесия, вынуждены были крениться влево, сдерживая нарастающее давление шеренги. Иногда такое случалось сразу в нескольких шеренгах, и батальон утрачивал красоту строя и движения. Не просто было идти правофланговым. Комбаты подбирали на эту роль наиболее опытных и физически натренированных солдат. Довелось и мне побывать на этом месте. Со своей задачей в памятном Параде Победы 24 июня 1945 года я справился.
Вряд ли читающим эти строки будут интересны тонкости военной церемониальной маршировки. А что я могу рассказать о Параде Победы, кроме личных своих солдатских переживаний, – держать равнение при выполнении приказа, не сбиваться с шага в торжественном, историческом прохождении в День Победы мимо Мавзолея, на котором стояли Верховный Главнокомандующий, все руководители государства и все главные герои Великой Отечественной войны, маршалы и адмиралы, командующие фронтами, флотами и флотилиями? Уверен, тогда все участники парада, как и я, о другом не думали. Не отягощали нас тогда амбициозные чувства причастности к великому историческому событию. Мы просто, как всегда, выполняли приказ. Только об этом я и могу теперь вспомнить и только об этом могу рассказать.
Наш генерал, чтобы добиться еще более красивого торжественного прохождения с ритмом 120 шагов в минуту, приказал расчертить тренировочную полосу перед трибуной линиями на ширину шага. Я тогда пошутил вслух: «Наш генерал теперь будет нас учить ходить по нотам». Эта шутка долго жила в дивизии вместе с памятью о командире. Этим, однако, генеральская мысль не ограничивалась. Он еще приказал по крайней полосе прохождения натянуть веревку на высоту шага и внимательно контролировал проходящие шеренги, чтобы шаг был не длиннее и не короче ширины расчерченных полос, не ниже, но и не выше натянутой веревки.
Свою рационализаторскую лепту тогда внес и я, предложив нашему комбату перед началом тренировок проводить разминку, подобно тому, как это делают на разминках перед стартами спортсмены. Комбат принял мое шутливое предложение всерьез и приказал мне составить комплекс упражнений, за что мне здорово досталось от моих товарищей. Комбат-то приказал разминаться во время перекура.