Пантеоцид полностью

— Мистер премьер-министр, — заговорил со своего места Муамар аль-Захари, его глаза блестели от слез. — Прошу дать мне доступ к вашей радиосистеме. Я обязан рассказать миру о вашем решении. Мир должен узнать о принесенной здесь сегодня жертве.

Премьер-министр кивнул. Аль-Захари присел к пульту связи и принялся устанавливать частоты и передавать, сообщая своему командованию: Тель-Авив скоро погибнет, но смертью своей спасает Альянс Человечества.

Марози за его спиной рассматривал город. Так его и застала поглотившая все ослепительная вспышка.

Дворец Михаила, Аукумеа, Рай.

— Чего тебе? — нехарактерно зло рявкнул Михаил-Лан. Ему хватало забот и без докучливых гонцов. Багряный Зверь ревел от боли, метался и обильно гадил среди его любимых цветов. Думу стащили со спины Флаффи и унесли в личную операционную в мрачной попытке спасти жизнь. Но взрывы бомб причинили ей жуткие раны, и Михаил всерьез сомневался в шансах ангела. Выживет ли Багряный Зверь? Возможно. А Дума — если ей очень повезет, а его медики покажут лучшие свои навыки.

— О Владычественный, я принес вести с Земли. Четвертая Чаша Гнева излита на еще один людской город. Столица израэлитов более не существует.

Михаил остолбенел.

— Четвертая Чаша Гнева излита на Иерусалим? Всего один город?

— Всего один, Величайший из генералов.

Да хватит уже жопу лизать, подумал Михаил, я не Яхве, и зовут меня Михаилом, а не всякими там льстивыми титулами. Не трать мое время этой тупой чушью.

— Тель-Авив уничтожен вместе со всеми обитателями. Виртуозная стратегия, о Величайший Генерал — хитростью заставить людей применить свое же оружие.

Гонец поклонился и ушел.

Определенно виртуозная стратегия. Использовать людское оружие, потому что смерть Уриила показала бесполезность против них лучшего из нашего.

Михаил пытался успокоить Флаффи. Интересно, кто ее придумал?

Лагерь батальона 1/33 Третьей бригады Третьей бронетанковой дивизии Девятого корпуса армии США. Север Дита.

— Окей, боссам понадобилось выполнить опасную работенку, и ее поручили Третьему Стаду.

Полковник Киша Стивенсон оперлась на танк и оглядела командиров своего подразделения. Она возглавляла все тот же смешанный батальон, что и в конце Войны Обломанных Рогов год назад: две роты танков М1А3 «Абрамс», две механизированной пехоты на М2А7 «Брэдли» и батарея антигарпийных самоходок М1314А1. Завершение войны ознаменовало остановку ее стремительного взлета в рангах. По приближению к плановым размерам взрывное расширение армии замедлилось и прервало бешеные темпы карьерного роста личного состава кадровых офицеров. Офицерский корпус адаптировался к новым условиям, и качество снова стало превалировать над количеством.

— Нам правда стоило выносить того ангела? — почти жалобно спросил командир одного из ее танковых взводов капитан-лейтенант Джим Шейн, некогда известный как стрелок «Байкер».

Тут он прав, размышляла Стивенсон, расстрел того ангела вывел ее на радар генерала Петреуса и сделал дежурным офицером для исполнения всяческих необычных и странных задумок.

— Это был просто ангелок, Джим. И он принес нам белое кольцо.

Как и прочие, на стволе орудия ее танк нес длинный набор символизирующих убитых балдриков черных колец, но отличался присутствием одного белого. Цвет означал убитого ими в Ираке ангела, и ни один другой танк такого кольца не имел.

Столько всего поменялось Сметающие все на пути маневры и великие сражения Войны Обломанных Рогов сменились зашедшей в тупик войной с Раем на истощение. И это, думалось ей, не так плохо, у моих машин всего примерно месяц как полный боекомплект, а у ребят из артиллерии до сих пор нехватка.

Хотя появились изменения и менее заметные. Поспешные импровизированные модификации времен Войны сменились полноценно спроектированными решениями. Например, взять ее танк. В наступлении по Равнине Филана танки несли тентоподобные воздушные фильтры – хоть и не допускающие грязь в моторы, но грубые, хрупкие и ломающиеся от движений башни. Теперь их заменили устройства куда меньше и аккуратнее.