— Сядь, — приказал Том, подталкивая Северуса к столу. Северус в ответ замотал головой и вновь вцепился в его рубашку. — Северус, не раздражай меня! Либо говори, что случилось, либо молча садись за стол и ешь. Целитель дал нам всеобъемлющие рекомендации по твоему питанию, будешь устраивать сцены, и я запихаю в тебя еду насильно, — выплюнул Том. — Это ясно? Ну!
— Ясно… — ответил Северус и замолчал, но при этом не сдвинулся с места.
— Тогда, что ты выбираешь?
— Ты обещал, что сделаешь все, — сказал Северус. Том нахмурился, связи он не заметил.
— Я этим и занят. Как это связано с нежеланием есть? Давай же, скорее, Северус, не трать время в пустую.
— Напрямую! — Северус шмыгнул носом, но глаза его оставались сухими. Он вскинул на мужчину обиженный взгляд.
— Я не собираюсь играть в шарады! Говори прямо.
— Ты хочешь кому-то меня показать. Лорд Маршал и вчера говорил о том, что меня кто-то хочет присвоить, — Северус зажмурился и вцепился в рубашку мага уже двумя руками. — Я не хочу никуда уезжать… Пожалуйста! Я буду делать все, что ты скажешь… Я все съем, все зелья выпью, только не отдавай меня никому… Пожалуйста… — последнее Северус скорее просипел, он был явно на грани слез. Вокруг начало скапливаться магическое напряжение. Магия мальчика явно желала вырваться наружу, но стоило только затрещать оставленной на столе посуде с едой, как все стихло. Том нахмурился, жестко обхватил пальцами острый подбородок и силой заставил Северуса взглянуть на себя.
— Что это ты делаешь? — холодно поинтересовался он. Две недели Том боролся с мальчишкой, вызывал магические выбросы зельями, следил за тем, чтобы тот не навредил себе, и вот все его усилия только что пошли коту под хвост. — Отпусти магию сейчас же! — Северус вздрогнул от неожиданности, но выброса не случилось. — Отпускай, или, будь уверен, я сегодня же отправлю тебя… — Том не успел придумать, к кому отправить мальчишку, чтобы это подействовало лучше, но договаривать даже и не пришлось.
Северус воспринял угрозу всерьез и сразу же расслабился, отпуская всю свою силу. Магия вырвалась из тщедушного тельца разрушительной волной. Вокруг взвилось яркое пламя. Переливаясь всеми цветами радуги, оно пожирало все, что невольно оказывалось на пути. Температура в комнате поднялась до немыслимых градусов. Том чудом успел оградить некоторую мебель, потому что восстановить ее из пепла будет несколько затруднительно, и прижал Северуса к себе, неосознанно желая поддержать его, поделиться уверенностью, что все происходящее правильно. Пусть не сдерживается, пусть сжигает все, пусть, лишь бы только все было не зря.
Том прикрыл на мгновение глаза и мысленно скривился. Лишь бы только все было не зря? Как он докатился до этого… Отрицать, конечно, было уже просто бесполезно, но понять и принять свою странную, возникшую из ниоткуда привязанность Том мог с большим трудом. Он всегда мечтал об изменениях в мире. Да, он собирался править жесткой рукой и острым умом. Он отрицал всякие привязанности, считая их слабостью. Подобная слабость была для него непозволительной. И где он теперь?! Стоит посреди бушующего выброса магии, прижимая к себе мальчишку, и с ужасом понимает, что никому его не отдаст.
В какой такой момент его привязанность стала столь сильной? В какой такой момент он позволил себе эту слабость? Почему зациклился на мальчишке? На мальчишке! Беспризорнике из бедного района. В нем с самого начала не было ничего достойного внимания Темного Лорда. Он не должен был стать чем-то интересным. Он должен был вырасти забитым ребенком со, скорее всего, сломанной психикой. Он должен был поехать в Хогвартс из своего Коукворта в старых обносках с потертыми учебниками. Скорее всего, он должен был бы стать в волшебной школе целью насмешек однокурсников, как это зачастую бывало с подобными детьми. Возможно, озлобленный на весь мир он бы даже однажды сам пришел к Тому, упал бы перед ним на колени, желая получить силу, чтобы отомстить всем. Но этого уже никогда не случится. Волею странной судьбоносной игры такой сценарий больше невозможен. И раз уж Том начал говорить с самим собой более откровенно, его волею Северус больше не будет ни в чем нуждаться. И смысла в подобном желании защитить мальчишку Том искать не будет. Это желание просто есть, чудесным образом оно появилось где-то внутри него, зацепилось за какие-то, казалось, потерянные нити его заледеневшей с самого детства души.
— Почему ты не боишься меня, Северус? — неожиданно для самого себя спросил Том, открыл глаза и опустил взгляд на мальчика. Северус все еще цеплялся за него, кожа его сильно покраснела, дышал он очень тяжело. Казалось, он вот-вот потеряет сознание. Впрочем, Северус держался за реальность всеми силами.
