Всего за период Токугава произошло более 1500 крупных крестьянских выступлений. Но хронологически они распределялись крайне неравномерно: чем ближе к концу эпохи, тем их становилось больше. Почти половина из них произошла за два столетия— с 1603 до 1802 г., а около половины лишь за 67 лет XIX в. (с 1802 до 1868 г.) [16, с. 106—107]. Конкретные причины этих выступлений были самыми разными: например, непомерные оброки и налоги, чрезмерность трудовых повинностей, должностные злоупотребления чиновников. Однако чем ближе к концу эпохи, тем все чаще крестьяне в своих требованиях выходили далеко за пределы своих традиционных мотивов, добиваясь, в частности, также и уравнительного, более справедливого землепользования, подлинной, а не предписанной сверху выборности должностных лиц и даже (с 60-х годов XIX в.) отмены феодальных прав господ. Это новое, более радикальное направление народного движения получило даже специальное название: Е наоси (Восстания за исправление жизни) [16, с. 109—110].
В отличие от преимущественно общесословных восстаний крестьян в XVII—XVIII вв. выступления жителей деревни в XIX в. все чаще принимали классовый характер. Нередко это были уже самостоятельные акты сопротивления разных социальных слоев сословия с разными требованиями: крестьян-собственников, арендаторов, батраков. Именно поэтому, очевидно, их руководителями обычно становились уже не представители общинной верхушки, как прежде, а разорявшиеся крестьяне-собственники, арендаторы, батраки, а иногда и нищие самураи, настроенные резко враждебно в отношении режима Токугава.
Весьма характерным в этом отношении явился бунт крестьян более 60 деревень района Какогава, вызванный ростом цен на рис во время голода. В нем участвовали в основном крестьяне-бедняки и арендаторы, в том числе и жители бураку. Восставшие совершали нападения на дома деревенских старост, ростовщиков и перекупщиков риса. Но даже в такой исключительной ситуации они не допустили ни одного случая самоуправства, разбоя и грабежа. Правда, эта черта высокой дисциплинированности, сознательности и нравственности в значительной степени была характерна для всего народного движения в Японии в целом.
В ряду всех многочисленных и различных по своим целям и методам народных выступлений XIX в. совершенно особое место занимает восстание под руководством Осио Хэйхатиро, которое произошло в 1837 г. в Осака. В нем весьма отчетливо проявился сам дух нового времени. Оно явилось убедительным свидетельством значимости происшедших в стране социальных и политических перемен, нарастания демократических, радикальных настроений у какой-то части японского дворянства и интеллигенции, ее решимости добиваться реформирования общества.
Осио Хэйхатиро (1794—1837) был, несомненно, выдающейся личностью в долгой истории японского народного, демократического движения. Мы знаем о нем немного. Однако и на основе сохранившихся отрывочных биографических сведений вырисовывается человек благородный, независимый, с высокими нравственными принципами, сумевший преодолеть сословную ограниченность и проявить довольно широкие взгляды.
Осио Хэйхатиро родился в семье мелкого самурая на о-ве Сикоку. После смерти родителей был усыновлен полицейским чиновником из Осака. Таким образом, по рождению и воспитанию он был дворянином, представителем социальной среды, крайне развращенной властью, вседозволенностью и чувством собственного неоспоримого превосходства. И несмотря на это, занимая ответственные должности в полицейском и юридическом ведомствах г. Осака, он проявил такие качества, как честность и бескорыстие, которые были тогда весьма редкими в среде чиновничества1. Стремясь пресечь произвол и взяточничество, он не раз выступал против ростовщиков, купцов и даже представителей своего клана—высокопоставленных чиновников и феодалов. Вполне естественно, что такой человек оказался совершенно инородным элементом в составе действующего аппарата управления, ив 1829 г. его под благовидным предлогом отстранили от должности. Однако это не обескуражило его. Во время голода 1831 г. он раздал нуждавшимся все свои личные средства и обратился к властям и купечеству с призывом помочь голодающим. Однако его призыв остался без ответа. Тогда он предложил раздать деньги и рис, которые предназначались для проведения пышной свадьбы дочери сёгуна. К этому власти отнеслись с крайним возмущением.
Постепенно Осио Хэйхатиро пришел к выводу о необходимости перемен во всей структуре государства. Правда, четких представлений о том, в чем конкретно они должны выразиться, у него не было. Но с осени 1836 г. с помощью своих учеников и появившихся у него сторонников он все же приступил к подготовке вооруженного всесословного восстания против сёгуната. Он рассчитывал при поддержке всех угнетенных слоев населения — крестьян, горожан и даже париев — захватить власть в Осака, а потом, когда его примеру, как он ожидал, последуют жители и других районов страны, действовать уже в более широких масштабах.
