Я опасался, что Элиза вернется раньше меня, но напрасно: ни Элизы, ни сообщений на автоответчике. Пройдясь по дому, я увидел, сколько улик оставил вчера. Невымытые тарелки на кухонном столе. Разбросанная одежда в гардеробной. Даже кровать не была заправлена. Я спешно навел порядок, затем тщательно осмотрел дом, пытаясь взглянуть на него глазами обманутой жены. Для меня началось новое состояние. Я не мог заставить себя сожалеть о случившемся, ведь я словно напился воды после многолетней жажды. Однако мое положение изменилось, и мне начала открываться его мрачная сторона. Супружеская неверность не была в нашем мире чем-то диковинным, но вызывала порицание у большинства людей. При бракоразводном процессе виновный оставался с пустыми руками да еще платил крупный штраф в пользу общества. Даже если бы я больше ни разу не встретился с Тией, нас связывала тайна, которая в случае раскрытия угрожала сломать жизнь обоим. Я не мог представить никаких убедительных оправданий для своего поступка. С какой стороны ни посмотри – кругом виноват. Иными словами, я дал жене изрядную власть над собой, и эта мысль меня глубоко угнетала.
Я отправился в патио – ждать Элизу и оттачивать лживую историю о том, как я провел выходные. Если ограничиться общими фразами, получится, будто я что-то скрываю. Обилие подробностей тоже могло показаться подозрительным. (Возможен и третий вариант: Элиза поглощена предстоящим показом и не спросит, как я провел время.) Меня продолжали беспокоить дроны, висевшие над «Синтией» близ Питомника. Если Элизе уже сообщили, меня ждет катастрофа. Однако тревога по поводу дронов попахивала паранойей. Глупо волноваться из-за того, на что не можешь повлиять.
– Мистер Беннет!
На мое плечо легла рука. Я открыл глаза и увидел Дорию. Должно быть, я задремал. Когда она успела появиться?
– Который час? – спросил я, заметив, что солнце село.
– Начало восьмого, сэр. Вам звонит миссис Беннет.
Странно. Обычно она звонила утром или днем. Я прошел в спальню и снял трубку.
– Вот ты где, – сказала Элиза вместо приветствия.
Утихшее было чувство вины ударило меня под ребра.
– У тебя все в порядке? – спросил я. – Я думал, к этому времени ты уже вернешься.
– Знаю. Извини, дорогой. Совсем забыла про время. Не сердись. Ты сердишься?
– Нет, Элиза, я не сержусь. Просто беспокоюсь.
– Я же никуда не исчезла. Просто очень продуктивно поработала. Два альбома с новыми фасонами! Два!
Я понял, куда она клонит.
– Значит, ты остаешься.
– Надеюсь, ты не слишком возражаешь? У меня завтра несколько важных встреч в городе. Поеду прямо отсюда. Встретимся дома.
Должен сознаться, моей первой мыслью было: «Я бы мог провести с Тией еще один день». Вторую мысль я высказал вслух:
– Где находится это «отсюда»?
– Ты о чем?
– Ты ведь не сказала мне, где гостишь.
– А-а. – Она помолчала. – Это какая-то глушь. Все время забываю, как называется место. Дом принадлежит другу моих родителей. Вряд ли ты встречал этого человека и его жену. Мне отвели гостевой домик.
Объяснение было неполным и даже несколько туманным, но едва ли я имел право допытываться о местонахождении жены.
– Проктор, тебе стоит здесь побывать. Полная тишина! А какой воздух! Честное слово, он что-то делает с моими мозгами. Вычищает всю паутину.
– Приятно слышать.
– Знаешь, что пришло мне в голову? Как насчет того, чтобы обзавестись загородным домиком где-нибудь в этих местах? Предвижу твои возражения. Да, дороговато. Но я уверена, мои родители нам помогут. Дорогой, ты же знаешь, как меня тревожит твое состояние. А тут еще эта история с твоим отцом. Мне больно видеть, как ты теряешь силы. Тишина и покой – думаю, именно это нужно тебе сейчас.
Кем я себя чувствовал, слушая ее слова? Куском дерьма! Пока я изо всех сил разрушал наш брак, моя жена строила планы покупки домика, стараясь меня взбодрить.
– Проктор, что ты думаешь? – настаивала Элиза.
Прежде чем ответить, я протолкнул в горло скопившуюся слюну.
– Конечно, можно навести справки.
– Это должно быть нашим обоюдным решением, иначе смысла нет.
Помимо голоса Элизы, в трубке слышались еще какие-то голоса: вначале мужской, затем женский, наконец мужской, но уже другой. Однако слов было не разобрать.
Наверное, эти люди что-то сказали Элизе. Ее тон стал рассеянным.
– Меня зовут на обед.
– Прекрасно. А то ты, наверное, даже поесть забываешь.
– Ты не возражаешь? В смысле, против моей задержки? Но если ты против, я соберусь и приеду.
Из трубки донесся смех. Скорее всего, Элиза звонила мне из хозяйского дома, где устраивали вечеринку.
– Прости, дорогой. Здесь шумновато.
– Ничего страшного. Тебя, наверное, ждут за столом.
– Тогда до завтрашнего вечера?
– До завтрашнего вечера.
Мы повесили трубки одновременно, словно по молчаливому уговору.
– Где Джейсон?
Было утро понедельника. За рулем седана сидел незнакомый мне парень. Короткая стрижка, на лице – следы удаленных угрей.
– Какой Джейсон? – спросил он.
– Джейсон Ким, мой стажер.
– Не знаю, сэр. Начальство прислало меня.
