– Я увидела ваше выступление на конференции и решила к вам обратиться, – сказала мне пациентка 40 лет, входя в кабинет.
– Проходите и рассказывайте, что вас беспокоит.
– Сейчас у меня жалоб нет, – сообщила женщина и положила на стол большую папку с результатами анализов за два года.
Я внимательно просмотрела их: на протяжении двух лет уровни АСТ и АЛТ оставались в норме, но щелочная фосфатаза и гамма-ГТ повышались в 3–5 раз (признак застоя желчи в печени), кроме того, в крови присутствовал АМА-М2 – маркер аутоиммунного заболевания печени, первичного билиарного холангита.
– Значит, в течение двух лет вы наблюдаетесь с первичным билиарным холангитом?
– В смысле? – испугалась женщина. – Два года назад я обследовалась у гепатолога, и вот мой диагноз: неалкогольная жировая болезнь печени (она показала мне медицинское заключение).
Тут пришло время удивиться мне. Почему при явном синдроме холестаза, наличии АМА-М2 – специфичного маркера первичного билиарного холангита – и нормальных уровнях АЛТ и АСТ был поставлен диагноз «неалкогольная жировая болезнь»? Не понимаю до сих пор. Однако удивительно было следующее: лечение женщине было назначено верное, как должно быть при билиарном холангите: препарат урсодезоксихолевой кислоты в дозировке, подобранной по весу пациентки, длительно.
После обследования в Москве женщина вернулась в свой город в Подмосковье под наблюдение врача поликлиники. Изучив выписки, доктор сказала: «А зачем вам при жировой болезни урсодезоксихолевая кислота? Поменяйте на фосфолипиды».
В течение месяца женщина принимала фосфолипиды, но ее самочувствие ухудшалось: прогрессировала слабость. Она снова обратилась к гастроэнтерологу поликлиники и сказала, что ей стало хуже. Доктор удивилась: «Странно, ну тогда продолжайте прием урсодезоксихолевой кислоты».
Больше женщина ни к кому не обращалась, в течение двух лет она периодически сдавала биохимию крови и самостоятельно принимала препараты УДХК. Но, увидев мое выступление на конференции, решила обратиться за консультацией. Мы повторили анализы крови (синдром холестаза и наличие маркера билиарного холангита АМА-М2 в сыворотке крови подтвердились), затем откорректировали дозу УДХК по весу. Возможно, если бы изначально был поставлен диагноз «первичный билиарный холангит», пациентке не надо было менять лечение. Благо перерыв в приеме необходимых ей препаратов УДХК составил всего месяц, не более.
При жировой болезни печени на стадии стеатоза. Без нормализации питания, повышения физической активности и плавного снижения веса количество жира в печени под действием гепатопротекторов не уменьшится.
При образованиях в печени: кистах, гемангиомах, опухолях. Вне зависимости от дозы и длительности приема гепатопротекторы могут сколько угодно стабилизировать мембраны клеток или улучшать отток желчи, но это никак не повлияет на размер ни кист, ни гемангиом, ни тем более на рак печени.
При вирусных гепатитах В и С. В лечении гепатита С эффективность специфической противовирусной терапии высокая, добавление гепатопротекторов может повысить стоимость лечения, но не повлияет на качество. В отношении вирусного гепатита В добавление любых групп препаратов к терапии интерферонами не оказывает дополнительного положительного эффекта.
В действительности показаний для приема гепатопротекторов не так много: они эффективны при застое желчи в печени – синдроме холестаза с повышением уровней щелочной фосфатазы и гамма-ГТ, L-орнитин-L-аспартат эффективен при развитии печеночной энцефалопатии.
Существует ли связь между доказательной медициной и биоритмами человека, или это «шаманство» и «лженаука»? Оказывается, связь есть, и в 2017 году трем американским ученым даже была присуждена Нобелевская премия по медицине за открытие молекулярных механизмов, объясняющих биологические ритмы человека. В последние годы интерес к изучению влияния циркадных ритмов на здоровье человека только возрастает.
Биологические, или циркадные, ритмы представляют собой изменения различных процессов в теле человека, связанные со сменой дня и ночи. Временная организация в нашем организме позволяет адаптироваться к изменяющимся условиям окружающей среды, это особенно важно для людей, работающих в ночную смену, совершающих частые перелеты со сменой часовых поясов, или для тех, у кого есть проблемы со сном.
Поскольку печень – центральный орган обмена веществ, под влиянием гормонального фона находятся глюкоза, желчные кислоты, жиры и холестерин.
В первой половине дня происходит активизация обменных процессов, направленная на обеспечение организма энергией. Несмотря на то что печень непрерывно вырабатывает желчь, ее выделение активнее происходит в утреннее и дневное время, уменьшаясь к вечеру. Именно поэтому жирная пища значительно лучше переваривается в первой половине дня, употребление ее вечером может вызвать тяжесть в животе.
