Пекарня Чудсов. Чудеса на десерт полностью

– Поспеши, Роз! – сказал Жак, испуганно дергая носиком. – У нас почти не осталось времени.

Тягучая слизь шипела и фырчала на сердцевинках артишоков, медленно переплавляя их в зеленую жидкость, которая сама по себе плескалась и пузырилась, словно что-то застряло в ней и пыталось вырваться наружу. Затем жидкость вздыбилась над краями миски и зависла в воздухе, образуя переливчатые влажные лепестки, похожие на заостренные листья артишока. Жидкость плескалась и вздымалась снова и снова, «доращивая» все новые лепестки до тех пор, пока миска не опустела. Теперь над ней парил артишок, поблескивая, словно скульптура из выдувного стекла.

– Сэ манифик![28] – прошептал Жак.

По главной кухне разнесся звук гонга. Гигантский стеклянный артишок задрожал и упал обратно в миску, превратившись в идеально однородный соус.

В дверях показалась голова Тима.

– Тут все раскладывают еду по тарелкам. Скорее!

– Я тороплюсь как могу! – огрызнулась Роз, поднимая миску с жидкими сердцевинками артишока.

– Розмарин, у нас нет времени печь маффины! – сказал мышонок.

Неужели они и правда опоздали? Роз посмотрела на сырое тесто для маффинов, на смазанные маслом формочки и крепко задумалась. В самом ли деле им нужно печь маффины, остужать их, превращать в пюре, а потом делать из него глазурь? Разве она уже не держит глазурь в руках? Роз посмотрела на миску, в которой поблескивали расплавившиеся под действием свернувшихся обещаний артишоки. А ведь тесто для маффинов в этом рецепте никогда не было источником волшебства: оно все скрывалось тут.

– Мы не будем печь маффины, – решительно заявила Роз и начала открывать нижние шкафчики один за другим, пока не нашла большую медную кастрюлю с толстым дном. – Мы приготовим сердцевинки артишоков отдельно, на медленном огне. Может быть, этого хватит, чтобы довести волшебство до нужной температуры, и тогда мы используем эту смесь в качестве глазури.

– Кель фоли![29] – возопил Жак. – Разве это не слишком важный рецепт, чтобы мы полагались на «может быть»?

– Боюсь, «может быть» – это все, что нам осталось, – сказала Роз, переливая артишоковую смесь в кастрюлю и ставя ее на огонь. – Ты должен проследить, чтобы она не закипела, пока я не вернусь. Если она слишком нагреется, сможешь выключить плиту?

– Ради тебя я постараюсь, – ответил Жак.

– Готовность номер один! – донеслись из главной кухни крики сэра Жигмонда. – Ваше выступление должно быть безупречным!

– Время вышло, Роз, – снова заглянул на кухню Тим.

Роз с грохотом поставила тяжелую кастрюлю на плиту и включила медленный огонь. Тяжело дыша, она сделала шаг назад. Что за бардак! Она перепачкалась в муке, повсюду валялись яичная скорлупа и огрызки артишоков, а сама Роз только что пустилась во все тяжкие, пропустив шаг в рецепте из Поваренной книги Чудсов, чтобы выиграть немного времени.

Это зелье должно сработать.

Но сработает ли?

Кухонный гонг снова зазвенел, и Тим открыл дверь:

– Роз?

Скрестив пальцы за спиной, Роз прошептала так, чтобы Тим не услышал:

– Пожалуйста, пусть все получится. – А потом, уже громче, сказала брату: – Я готова.

Банкетный зал преобразился.

Пока Роз, Тим и Девин добывали свернувшиеся обещания, команда сэра Жигмонда творила волшебство на свой лад. Столы, укрытые белым шелком, таинственно мерцали, а между флагами стран-участниц протянулись широкие полосы серебристой ткани. На невидимых нитях между люстрами горели крошечные светильники, живо напомнившие Роз о светлячках, которые летними вечерами летали в Горести-Фолз.

– Как красиво, – вздохнула она.

В зале толпились высокопоставленные лица в украшенных лентами парадных костюмах и праздничных платьях. Все они держали в руках бокалы с шампанским и смеялись.

– Это же… – Роз указала на стол, на котором стоял американский флаг в красно-белую полоску.

Тим тихо присвистнул:

– Эль президенте. Как думаешь, если получится с ним сфотографироваться, меня освободят от занятий по гражданскому праву в следующем году?

Кто-то громко откашлялся у них за спиной, и Роз с Тимом подскочили от неожиданности.

– Никаких селфи! – сердито воззрился на них сэр Жигмонд. – Я заметил, что вы куда-то пропадали. Ваше счастье, что у нас острая нехватка рабочих рук. При иных обстоятельствах вы бы вылетели отсюда в мгновение ока. Но… – Он пожал плечами и ткнул пальцем в стол под красно-золотым флагом. – Вы обслуживаете седьмой стол. Идите за мной.

Маэстро повел их обратно через распашные двери. Там уже ждали остальные официанты. Выстроившись в две шеренги посреди кухни, они стояли, неподвижные, как статуи, позади элитного отряда старших официантов.

– Тебе не кажется, что они… странно выглядят? – шепотом спросил Тим.

Роз пригляделась к официантам – глаза у них и в самом деле были какие-то стеклянные.

– Может, они просто устали? – предположила она.

Они с Тимом как раз дошли до конца шеренги, когда из банкетного зала донесся голос сэра Жигмонда, который обращался к гостям.