– Чудс? Розмарин Чудс?! Я слышал это имя! – заорал граф Карузо, тыча пальцем в Роз. – Я знаю, кто ты! Зачем ты здесь? Что ты задумала?
Зал наполнился тихим звяканьем приборов о тарелки. Разодетые гости, охранники и официанты – все дружно вонзили вилки в торт и, словно оголодавшие роботы, стали жадно забрасывать покрытые глазурью куски в рот.
– Хватит! – завизжал граф Карузо. – Немедленно прекратите есть торт!
Но им приказали его не слушать, и они не послушались.
Из волынки, которую Хельга по-прежнему держала под мышкой, раздалось сдавленное мяуканье. Видимо, Гус радовался, что победа близка.
Граф Карузо проскрежетал:
– Жигмонд, немедленно сюда! Скажите этим людям, чтобы они перестали есть торт! Чудсы его отравили!
Маэстро, вернувшийся с обручальными кольцами, стремглав взбежал на сцену, но было уже поздно.
Те, кто еще секунду назад поглощал торт, выпрямились и вытянули руки вдоль туловища. Вилки выскользнули из безвольных пальцев и зазвенели по полу. На лицах возникло отсутствующее выражение. А потом один за другим они закрыли глаза и уронили подбородки на грудь.
Все в зале – включая людей, которые вершили судьбы этого мира, – уснули крепким сном, напоминавшим кому.
Роз пыталась их спасти.
Но у нее ничего не вышло.
– Ты опоздала! – злорадно воскликнул граф Карузо. – Я победил!
Графиня Фела сфотографировала мрачную сцену на телефон.
– Выложу это на своей страничке. Хештег «безумная свадьба».
Жак на плече у Роз в отчаянии прошептал:
–
Роз окинула взглядом банкетный зал. Теперь он напоминал Музей восковых фигур. Заколдованные люди застыли с закрытыми глазами, опустив голову. Даже официанты обратились в статуи, и разбитая посуда валялась у их ног.
Роз сглотнула. Должно быть, она допустила ошибку, когда готовила «Лепестки просветления». Благодаря тете Лили Роз разобралась, почему ее постигла неудача с маффинами «Следуй за своей сердцевинкой», но сейчас она понятия не имела, что пошло не так.
Роз возомнила, что может сравниться в кондитерском мастерстве с Парди и Ривой Чудс, но она никогда не достигнет их уровня мастерства. Она совершала ошибку за ошибкой. Мировые лидеры, приехавшие на саммит? Впали в кому. Ее брат Алфи? Его насильно женили и скоро убьют. Родители? Брошены в тюрьму, возможно, навсегда. Роз ехала в Вашингтон, чтобы всех спасти, но сделала только хуже.
– Все эти разодетые в пух и прах людишки относились к графу Карузо как к пустому месту, – сказал граф. – А теперь посмотрите-ка на них.
– Вы так и остались пустым местом! – закричала Роз. Она отчаянно пыталась придумать хоть какой-нибудь план, чтобы поправить положение.
– Закрой свой грязный рот. – Карузо погрозил ей пальцем. – Очень скоро я стану тестем шотландского наследника и после его неминуемой гибели получу настоящую власть. – Он широко развел руки. – И кто тогда меня остановит? Вряд ли эти спящие красавицы и красавцы. Люди во всем мире будут искать, кто же их возглавит. И вот тогда на сцену выйду я.
– Даже если вы останетесь единственным человеком на земле, у кого есть титул, вас все равно не будут слушать, – сказала Роз. – Потому что вы всего лишь большая толстая пустышка.
– Прекрати! – завизжал Карузо. – Я не пустышка, и скоро все обо мне узнают! Обо мне, единственном, кого Чудсы не смогли отравить своим тортом.
– Эй! – крикнул Тим. – Это ложь!
– И как ты это докажешь? – сухо поинтересовался Карузо.
Тим, Девин, Лили и Лик попятились к черному входу.
Сэр Жигмонд, стоявший позади графа, кашлянул:
– Простите, сэр. Мирового господства не было в меню. Меня наняли, чтобы…
– Заткнись, Жигмонд! – Граф указал на старших официантов в розовых рубашках из элитного отряда Жигмонда. В отличие от обычных официантов они не ели торт и потому не впали в коматозное оцепенение. – Официанты, остановите этих людей!
Но ни один из них не откликнулся на приказ Карузо.
– Чтоб тебя, малыш Шеймус! Зачем только ты сказал им меня не слушать! – Граф Карузо повернулся к маэстро: – Но ты ведь все пропустил, Жигмонд? Ну-ка вели своей команде притащить ко мне этих людей!
Лицо маэстро дрогнуло, и на миг в душе Роз шевельнулась слабая надежда, что он восстанет против графа и поможет им.
Но его глаза остекленели, зрачки сузились, выражение лица стало безучастным. Словно повинуясь невидимому кукловоду, он поднял руку и указал на Тима, Девина, Лик и Лили.
– Официанты! – нараспев проговорил он. – Элитный перехват с задержанием на до-си-до!
Тим сорвался с места, но опоздал. Официантка в розовой рубашке уперла ладони в бедра и, притопывая, протанцевала ему наперерез. Ловко подцепив Тима за локоть, как в кадрили, она развернула его и заломила ему обе руки за спину.
В то же самое время два официанта прокружились в вальсе к своим коллегам, которые уже сцепили руки, чтобы подкинуть их в воздух. Подогнув колени к груди, они взлетели, словно пушечные ядра, прокрутили сальто и мягко, словно кошки, опустились ровно за Девином и тетей Лили.
