— Эти вещественные доказательства могут быть полезными только в том случае, если есть подозреваемый. В данный момент мы ничуть не ближе к разгадке, чем раньше.
— Нимрод, — проговорила Карен, вторгаясь в его мысли, — прошло почти два месяца после нашей последней встречи. Я очень скучала по тебе.
В ответ он как бы виновато проговорил:
— Прости. Я тоже.
Сейчас, оказавшись у нее в гостях, Ним удивлялся, как он мог так долго отсутствовать. Карен ведь оставалась такой же красивой, какой запомнилась ему, и, когда они поцеловались несколько минут назад — это был долгий поцелуй, — ее губы были любящими, как прежде. На мгновение ему даже показалось, что они вообще не расставались. Ним также осознавал, что рядом с Карен он испытывает чувство покоя, а такое случалось с ним в обществе очень немногих людей. Наверное, это объяснялось тем, что Карен, нашедшая в себе силы справиться с ограничениями, которые преподнесла ей болезнь, излучала спокойствие и мудрость, словно внушая другим, что и их проблемы могут быть решены.
— Для тебя это было трудное время, — сказала она. — Я знаю, потому что читала про тебя в газетах и видела репортажи по телевидению.
Ним поморщился:
— Слушания по «Тунипе». Говорят, я там жутко опозорился.
Карен решительно возразила:
— Ты не веришь в это, как и я. То, что ты говорил, было благоразумным, только вот в большинстве репортажей твои мысли оказались искажены.
— Начиная с этого момента можешь считать себя моим пресс-атташе.
Преодолев мимолетное колебание, она призналась:
— После того как все случилось, я написала для тебя несколько стихотворных строк. Я собралась отправить их тебе, но подумала, что ты уже устал слушать о себе, что бы там ни говорили.
— Не от всех. Просто от большинства. Ты сохранила это стихотворение?
— Да. — Карен повернула голову. — Оно во втором ящике снизу.
Ним поднялся, подошел к бюро под книжными стеллажами. Выдвинув ящик, он увидел напечатанный на машинке лист бумаги и вынул его.
Ним, погрузившись в молчание, перечитал строчки еще раз.
— Карен, ты никогда не перестанешь меня удивлять. И что бы ни случилось потом, знай: я тронут и признателен тебе.
В этот момент на пороге с нагруженным подносом появилась Джози, небольшого роста, но крепкая женщина с блестящими темными глазами. Она объявила:
