– Тебе понравится, – выразительно кривится Маккой и заламывает руки, не способный унять волнение. – Это – чертов пон фарр, «горячка крови», «брачный сезон» – и еще тысяча эвфемизмов банальному, примитивному животному гону. Который настолько силен, что обязательно его убьет! Потому что, видите ли, вулканская физиология просто не может не быть вконец долбанутой, и ей обязательно в этот период нужен партнер и ментальная связь с этим партнером. Обязательно, Джим, иначе – смерть. А он такого не нашел, как ты знаешь, после того, что случилось на Вулкане. И к Ухуре не пошел – она, якобы, не подходит.
В конце своего рассказа доктор выдыхается и говорит уже с болью в голосе. Даже лекарствами, порой, не обмануть то, на что тебя запрограммировала природа.
– Но как же… – вот теперь до Кирка медленно доходит. И дрожать он начинает куда сильнее.
– Нет, – только и качает головой Леонард и повторяет, когда капитан сжимает кулаки и делает шаг вперед, по всей видимости, на что-то решившись.– И нет, Джим, кто-то не связанный с ним предварительно, в качестве партнера сейчас уже не поможет. Чертов гоблин предупредил меня слишком поздно – и это все, что я смог из него вытрясти. Я не знаю, как они справляются с этим на Вулкане, кроме очевидного. Возможно, есть какие-то способы у их «мозгоправов». Я вообще отказываюсь понимать, как они могут контролировать свою регенерацию, но не могут обуздать гормоны!
Доктор уже в бешенстве и мерно ходит по отсеку, а Кирк тянется за ним, но не опускает руки.
– Должен быть выход, – говорит он тихо, но твердо. – Та сыворотка Хана…
– Да, так нам ее и дали! Адмиралтейство изъяло формулу и засекретило все данные – даже не пытайся, – парирует Маккой, а Тора, наблюдавшего за ними, неожиданно осеняет. Еще не полноценной идеей, но ему кажется, что в процессе обсуждения, они смогут разработать решение.
– Пузатые чибисы, – он подает голос, и Джим тут же оборачивается к нему. – Водились у нас раньше в Асгарде. Такие большие, чешуйчатые, большерогие. Не встречали?
Доктор с капитаном смотрят на него, как на умалишенного, и Тор досадливо фыркает, пытаясь донести свою мысль.
– Эти тупые мерзавцы топтали все на своем пути, и особенно были опасны в сезон спаривания. Они бодались за самку, пока не проламливали друг другу черепа. Зато после боя выжившие становились послушными и ласковыми. Только тогда этих тупых животных можно было поймать и приручить…
– Что за бред? Причем тут…
– Ленн, подожди, – Кирк не сводит с Одинсона взгляда, осмысливая его слова и, кажется, приходит к выводу быстрее. – Ты хочешь сказать, это…
– Инстинкты! – Тор с облегчением хлопает себя по лбу, когда наконец-то понимает. – Сражайся или размножайся. Если у твоего помощника гон, можно использовать это так.
Джим с надеждой оборачивается к Маккою, и тот взмахивает руками.
– Этого я не знаю тоже! Да, выработка гормонов в таком случае может прекратиться. Но это не значит, что насовсем. Джим, я уже говорил, что не могу регулировать его секрецию. Даже переливание крови поможет лишь временно. А сейчас вы предлагаете его убить! – спорит Леонард. – Или отправить кого-то на самоубийство! Вы же помните, что гребанные гоблины гораздо сильнее нас?
Кирк закусывает губу, а Тор усмехается – вот, как он и подозревал – вместе они все смогут.
– Я – асгардец, и как уже говорил, сильный воин. Я смогу, – Одинсон не может не чувствовать предвкушение – выход найден, и впереди его ждет хорошая драка с достойным противником. А еще… – Ты когда-то помог спасти мой народ – уж я-то смогу в ответ спасти хотя бы одного твоего офицера.
Он ухмыляется и видит в глазах Джима слабую надежду. И она не исчезает, когда язвительный доктор продолжает сомневаться.
– Вы оба – сумасшедшие! Я слагаю с себя любую ответственность. Слышите, родственнички?
Но Кирк и на него смотрит с той же надеждой, и доктору ничего не остается, как чертыхнуться и согласиться с очередным самоубийственным планом. Другого у них все равно нет. Поэтому он на ходу отдает распоряжение медперсоналу готовиться к экстренной реанимации, а Кирка и Одинсона ведет в карантинный отсек, где забаррикадировался их старпом.
Вот только в отсеке Спок обнаруживается не один.
***
Сбежать из бара – правильно. Любого рядом с Тором они воспримут как его. И доказать обратное не получится, поэтому он уходит. Сливается с толпой, легко находит дипломатов, что «Энтерпрайз» сопровождал на Менкент-1, и с еще большей легкостью подменяет собой одного из офицеров охраны. Попасть после этого на корабль и затеряться на нем – проще простого. Тору даже не нужно сомневаться в его способностях. Как и в том, что он бы не предпочел менее «привлекательный» способ бегства.