- Малыш, я бы не хотела тебя менять, ни за что на свете. Я люблю тебя таким, какой ты есть, и горжусь тем, что могу назвать тебя своим сыном. Но какое-то время… да… я хотела, чтобы ты не был геем, - она помолчала немного, с трудом сглотнула и добавила. – Не пропадай больше так надолго, хорошо? Что бы у тебя ни случилось.
Говорить он не мог, и потому просто кивнул.
- Вот и хорошо. А не то в следующий раз я выжду неделю, а потом пойду по Либерти-авеню раздавать флаеры с твоими детскими фотографиями.
Он рассмеялся.
Во всей этой суете, он то ли случайно, то ли намеренно так и не собрался задать ей свой вопрос. Не решился спросить:
Мам, а как ты поняла, что отец – тот самый? Ты сейчас жалеешь о том, что вы с ним разбежались? Не приходит ли тебе порой в голову, что, возможно, ты сделала неправильный выбор? Не кажется ли тебе, что где-то глубоко внутри ты по-прежнему его любишь?
Впрочем, ее ответ снова ничего бы не изменил.
Ты не отказывался от меня. Ты просто заставил меня поверить, что сделал это. Но никто не подталкивал тебя к такому решению, ты сам сделал выбор.
***
После этой ночи все стало как-то проще. Словно бы до сих пор он брел по зыбучему песку, с каждым шагом проваливаясь в него все глубже, а теперь тот вдруг стал обычным песком. И да, пробираться через него все еще было трудно, приходилось бороться за каждый шаг, но все-таки, все-таки идти сделалось чуть-чуть легче. Вот как-то так.
И да, ему все еще было одиноко. И в квартире царила тишина. Он не ходил в институт, и проводить время ему было не с кем – не было ни бойфренда, ни компании, ни семьи. Ну так и что с того? Все это, по большей части, было его решением. А, значит, в его силах было это решение изменить.
С институтом наверняка можно было что-то придумать. Существовали же стипендии, кредиты и все такое. А отец со своими налоговыми льготами может пройти на хуй, он два года никак ему финансово не помогал. Ну а если ни кредит, ни стипендию выбить не удастся, он может попробовать стать вольным слушателем. В конце концов, главное, что дают в ПИФА – это знания, а не диплом, так ведь? А знания он получить может.
И на хуй всю эту еботню с бойфрендами. Ему для полного счастья вовсе не нужен мужчина. К тому же, все равно у него ничего с ними не получалось.
А что касается остального… Остальное вернуть легко, тут даже сильно стараться не придется. Он возьмет себя в руки, перестанет себя жалеть. И прекратит прятаться.
Да, это трудно, да, это страшно. Но ведь в каком-то смысле он начал сам строить свою жизнь уже давным-давно. Задолго до их разрыва, задолго до того, как встретил Брайана, может быть, даже задолго до того, как впервые ступил на Либерти-авеню.
И потом, честно говоря, ему до смерти надоел самоанализ. Жить внутри собственной головы было невыносимо скучно.
***
Прошло еще три месяца, и все это время жизнь его оставалась спокойной.
Безмятежной. Нормальной. Не то чтобы прекрасной, но вполне терпимой. Пожалуй, самые сильные эмоции в этот период он испытывал, когда вынужден был наблюдать за шоу Эммета и Тэда.
А еще он чувствовал себя… ну не то, чтобы счастливым, но уравновешенным. И пока что этого ему было вполне достаточно.
Так прошло три месяца. А потом все началось снова. Благодаря Майклу.
========== Глава 6 ==========
- Как учеба? – внезапно спросила его мать как-то утром.
Вот так, ни с того ни с сего, с бухты-барахты, как гром среди ясного неба – список идиом можно было бы продолжить, но все они означали бы одно – что ей всего двумя словами удалось заставить его покрыться холодным потом.
Вот поэтому он от нее и прятался. Поздравляю тебя, Джастин, ты идиот! Не мог, как любой нормальный парень, просто поджечь своему неверному любовнику машину. Нееет! Тебе надо было прибежать за утешением к мамочке. Все потому, что ты всего лишь жалкий мелкий сопляк.
Джастин прямо-таки оцепенел, сидя за накрытым к завтраку – то есть уже к бранчу, наверно, было ведь уже 11.50 – столом и в панике гадая, что это на нее вдруг нашло. Три месяца она ни о чем его не спрашивала - три месяца! - а теперь ей вдруг стало любопытно? Ей вот прямо сейчас непременно нужно это узнать? В прикуску к ебучей яичнице с беконом?
Он открыл было рот, чтобы сказать ей, что занятия еще не начались (что кстати было правдой), но она не дала ему заговорить. Дженнифер Тейлор закатила глаза и издала некий звук – похожий на вздох, только, пожалуй, чуть более раздраженный. Вау, а он и не знал, что она так умеет! Похоже, ее репертуар за последнее время заметно расширился. А затем, прежде чем Джастин успел придумать, как из нечленораздельных междометий состряпать удобоваримую ложь, она сама ответила на свой вопрос:
- Ты ведь не учишься, так? Черт побери, Джастин! Ты ушел из института, верно?
Он пару раз открыл и закрыл рот, словно вытащенная из воды рыба, но так и не нашелся, что ответить. Вот как, блядь, ей это удавалось?
