– Никому не пора! – горячо возразила Полина. – Прекрасно сидим, фильмы интересные смотрим…
– В кровать, быстро! – отчеканил мужчина.
Спорить с этим железным тоном не представлялось возможным даже во хмелю. Девушка нехотя поднялась из-за стола и побрела к лестнице, путаясь в полах халата.
Она зашла в свою комнату, не зажигая света, бросила халат мимо стула и упала на постель. О том, чтобы заснуть, не шло и речи. В голове крутились сотни мыслей, и Полина крутилась вместе с ними, заворачиваясь, как в кокон, в слишком большую футболку.
Какое-то время снизу доносились разговоры, потом голоса смолкли, по лестнице прозвучали шаги и тоже стихли.
Глядя в потолок, Полина слушала, как Гаэтано ходит по комнате у нее над головой, и отчего-то ясно видела его стоящим у озера, с букетом из фантомного стекла и света на вытянутой ладони.
Вдоволь насмотревшись на это видение, девушка решительно встала с постели, одернула футболку и пошла босиком на лестницу.
Гаэтано в халате лежал на неразобранной кровати и при свете ночника листал какую-то маленькую книжечку в черной от старости обложке. Увидев на пороге Полину, он вопросительно приподнял брови.
– Что-то интересное читаешь? – Она зашла в комнату и села на кровать рядом. – Почитай вслух, пожалуйста, заснуть не могу.
Мужчина только собрался что-то сказать, как девушка вдруг улеглась к нему под бок, положила голову на плечо и заглянула в книгу. Пожелтевшие страницы оказались пустыми.
– Ничего нет, – разочарованно вздохнула она. – Жаль.
– Немедленно иди спать! – приказал Гаэтано.
– Уже пришла. – Девушка демонстративно закрыла глаза. – Буду спать здесь.
– Не заставляй отводить тебя силой и запирать в комнате! Марш отсюда, кому сказано!
Он отложил книгу, поднял девушку с постели и хорошенько встряхнул. Затем поставил ее на ноги, развернул лицом к двери и подтолкнул к выходу. Полина покорно, спокойно вышла, спустилась на пару ступенек по лестнице и захлебнулась слезами. Дойдя до своего этажа, она остановилась у комнаты и безудержно разрыдалась. В конце коридора приоткрылась дверь, выглянул Оскар и спросил:
– Что случилось?
– Что со мной не так… – прорыдала девушка. – Что-то не так со мной! Почему меня никто не любит?! Все только и могут, что бросать, отталкивать, отшвыривать… Неужели я хуже всех на этом свете?!.
Парень подошел ближе, и за его спиной проявились крылья. Он раскрыл их во всю ширину коридора, свел перед собой, и Полина оказалась в шатре из белых перьев. Оскар обнял ее, привлек к себе, девушка прижалась щекой к его груди. Сначала она решила, что ей чудится, затем прислушалась к едва уловимой прозрачной мелодии и поняла, что нет, не показалось.
– Я ее слышу, – с улыбкой всхлипнула Полина, – слышу твою музыку… Она прекрасна!
Держа девушку в объятиях, Оскар принялся тихонько целовать ее лицо, волосы, плечи. Его прикосновения походили на касание тополиного пуха в летний день – неуловимые и необыкновенно нежные. От новых чудесных ощущений по всему телу прошла теплая волна незнакомого ранее блаженства. Колени ее ослабели, подогнулись, Оскар подхватил девушку на руки и понес в свою комнату.
Утром Полину разбудили голоса – наверху гневно грохотал Гаэтано, отчитывая Оскара, тот что-то неразборчиво пытался говорить в ответ. Посмотрев по сторонам, девушка припомнила события минувшей ночи и пожалела, что нельзя прямо сейчас потерять сознание. Полина выбралась из смятой постели и тихонько, на цыпочках спустилась на первый этаж. На кухне она торопливо выпила большой стакан воды из-под крана и с кружащейся головой вышла из дома.
На улице моросил монотонный мелкий дождик. Полина села на верхнюю ступеньку крыльца, натянула футболку на колени, прислонилась к столбику перил и глубоко вдохнула прохладный сырой воздух. Наилучшим выходом из ситуации ей виделось немедленно попасть под колеса автобуса, если бы мироздание сжалилось над нею и выпустила этот автобус из какой-нибудь потусторонней реальности прямиком сюда, во двор… Вскоре, как неминуемое проклятье, за спиной послышался звук знакомых шагов. Полина втянула голову в плечи, закрыла глаза и перестала дышать.
Выйдя на порог, Гаэтано постоял, посмотрел на съежившуюся фигурку на ступеньке. Затем вытянул ладонь и стал собирать дождевую воду, льющуюся с козырька. Попадая в его ладонь, капли становились серебряными, непрозрачными, как ртуть. Набрав пригоршню, он рассыпал водяное серебро над растрепанной макушкой Полины. Сверкающие капли живой водой мгновенно смыли всю тяжесть с головокружением, принесли умиротворение и легкость, как после долгого спокойного сна на свежем воздухе.
– Ставь чайник, собирайся, после завтрака поедем, – сказал Гаэтано.
– Куда поедем? – прошептала девушка, робко приоткрывая один глаз.
– В клинику «Здравница».
– Я мигом!
