Добравшись домой, Полина сразу повела Гаэтано наверх, в его спальню. Он шел тяжело, неуверенно ступая, и хватался обеими руками за перила, чтобы не упасть. Оскар остался стоять внизу. Он механически сжимал-разжимал кулаки, в замешательстве глядя, как падре поднимается по лестнице.
Полина завела его в комнату, помогла снять пиджак, расстегнуть рубашку, отбросила покрывало с кровати и сказала, заглядывая в разноцветные глаза:
– Ложись, отдыхай. Принесу тебе поесть что-нибудь, воды… или хочешь вина? Есть еще бутылка. Я ее сама для тебя разобью, запомнила, как это делается!
Гаэтано сел на край кровати, улыбнулся одними уголками губ и ответил:
– Да, лучше вина. Только пускай бутылку разбивает Оскар. Должна же быть от него хоть какая-то польза в хозяйстве.
– Сейчас все будет! Только ложись, пожалуйста!
Приободренная его улыбкой, Полина выскочила из спальни и поспешила вниз. На кухне у окна сидел Оскар, понуро свесив голову.
– И чего ты раскис? – Девушка принялась искать по шкафам самые красивые тарелки.
– Из-за меня ведь Гаэту так плохо стало, – нехотя ответил он.
– И что теперь предлагаешь, обратно убиваться? От этого ему вряд ли полегчает. И вообще, посмотри на себя: сидит грустит, весь грязный, рваный, драный – смотреть невозможно. Сними эти лохмотья, они уже ни на что не годятся, иди в ванную, оботрись водой и переоденься.
– Во что? – Он исподлобья посмотрел на суетящуюся по кухне девушку.
– Привезли же из Москвы твой гардероб для коктейльной вечеринки. В пиджак с галстуком не обязательно наряжаться, но брюки с рубашкой вполне годятся для сельской жизни.
– А, да, точно, я и забыл, что привезли.
Оскар встал со стула, намереваясь идти в ванную, но Полина его остановила:
– Погоди, сначала разбей бутылку вина, пожалуйста!
Поднявшись в спальню, девушка увидела, что Гаэтано лежит на постели, укрывшись по грудь покрывалом. Глаза его были закрыты, похоже, он успел крепко уснуть. Полина поставила поднос с тарелками на тумбочку и присела на краешек кровати. Лицо мужчины было спокойным, как поверхность озера, в глубине которого даже под гладью внешней безмятежности беспрерывно штормили невиданные по силе своей течения. Он вроде и выглядел обычно, но вместе с тем словно постарел на целую жизнь. Полина рассматривала его строгий четкий профиль, ровные линии черных бровей, рисунок губ так пристально, будто видела в последний раз и желала навсегда запомнить. Сердце колотилось с перебоями, а когда дыхание сбилось в очередной раз, она склонилась и коснулась губами его щеки. Затем тихонько поднялась, на цыпочках вышла и закрыла дверь.
Зайдя в свою комнату, Полина сняла с себя, наконец, спортивную форму и заглянула в платяной шкаф, собираясь нарядиться в красивый белый сарафан с открытыми плечами. Увидев свое отражение в зеркале на дверце, девушка озадаченно поводила рукой по правому плечу: на коже остались черные синяки от пальцев Гаэтано. Пришлось выбрать платье поскромнее, без эффектного декольте.
После она спустилась в кухню, положила на блюдечко пару ложек белого вина, оставшегося в суповой миске, и вышла во двор. Издалека она увидела Оскара в полюбившемся ему гамаке и направилась к нему через сад, привычно уже обходя висящих в воздухе насекомых. Оскару успешно удалось привести себя в порядок: он очистил всю красную грязь и теперь валялся в гамаке в костюмных брюках и рубашке с подвернутыми до локтей рукавами.
Девушка встала под деревом, прислонилась к стволу и подцепила чайной ложечкой маленький кусочек винного желе с блюдца.
– Ты не голоден? – спросила она.
– Нет, что-то похватал на кухне. – Он принялся раскачиваться в гамаке. – Гаэт как там, что с ним?
– Спит. Отдохнет и выправится, все наладится, вот увидишь. Оскар, возможно, мне не стоит об этом спрашивать, но все-таки рискну. Не знаю, как у вас устроено, как принято, но что теперь с тобой будет? Ты ведь не должен остаться совсем один, без пары.
– Не должен, – криво усмехнулся парень. – Гаэт предлагал мне вернуться в наше пограничье, но я не захотел. Ничего уже и не помню там, мой дом здесь. Я люблю Туманган, его море, мне хорошо на острове, не хочу ничего менять. Араганы не создают пары один раз и на всю жизнь. Гаэт пригласит из пограничья девушку, кто-то прилетит ко мне.
– Надеюсь, он сам, лично выберет ее для тебя, – улыбнулась Полина.
– Вот, точно! – рассмеялся Оскар. – И пусть потом не орет, если снова что-то пойдет не так.
Девушка отошла к беседке, поставила на перила пустое блюдце, посмотрела на космическую брешь в небесах и задержала взгляд на стенах земляного котлована. Что-то было не так, что-то изменилось там.
Полина вышла на край участка, откуда открывался полный обзор, и внимательно рассмотрела панораму. Раньше тень закрывала стены, теперь не доходила пары метров и лежала только на дне.
– Оскар! – крикнула девушка. – Дыра космическая стала уменьшаться!
Парень вылез из гамака, подошел к ней, посмотрел на небо, в карьер и произнес с досадой:
– Наверное, скоро время разморозится. Жаль, что так быстро, мне очень понравилось.
