– Да я не знаю, как дальше будет, Эля. Пиримы, люди, оставшиеся твари – все мы будем заново учиться сосуществовать.
– Главное, в этот раз сделать это по-человечески. Без рабства и экспериментов, – уверенно произносит Рик, а остальные поддерживают его согласным молчанием.
Но длится оно недолго, ребята наперебой начинают рассказывать свои версии произошедшего после пробоя. Хэль, Иво и какой-то неизвестный мне Велос, при упоминании которого парни многозначительно переглядываются, отправились в столицу Ливеки решать дипломатические вопросы. Твари, оставшиеся на Эмионе, провозгласили отдельное государство, и теперь решалась проблема их принятия остальным мировым сообществом.
Делами семьи Верндари сейчас занималась Ниамея, с ходу занявшая место главы корпорации. В ближайшее время должны будут состояться похороны Милеи. При упоминании матери Рик ненадолго замолкает, но я не лезу к нему с сочувствием. Просто сжимаю его руку крепче и получаю взгляд, полный благодарности.
Дабы не продолжать тяжёлую тему, ребята перескакивают на рассказ о командующей. Сразу после лечения, которое длилось чуть больше суток, Радики рванула в Мереникт – предоставлять Кворуму государств все улики против Аластаса. С ней же отправился и Адиллир.
С каждым сказанным ребятами словом тревожность, так и пытающаяся пробраться обратно в сердце, отступает под ударами хороших новостей.
Нам действительно удалось! Удалось хоть немного, но починить этот мир. Да, впереди ещё длинный путь, но сейчас Марфарис в безопасности!
Остался лишь один вопрос.
– Рик, а где Аластас? – спрашиваю я, когда ребята под разными предлогами покидают палату.
Фло тоже сбегает, утащив с собой и Когтя. Лиса опять отправилась на поиски пропитания.
При упоминании отца лицо Дейрика ожесточается, но никаких фиолетовых искр в его глазах я не вижу. Да и не чувствую я от него той волны слепящей ярости, что вспыхивала в нём раньше.
– Пойдём, покажу кое-что.
Он уверенно берёт меня за руку и выводит из палаты. По длинным шумным коридорам мы добираемся до лифта, спускающего нас глубоко под землю.
В холле нижнего этажа нас встречает вооружённая призрачными орудиями охрана и с десяток разномастных пиримов. Бойцы расставлены с равным интервалом до одиночной палаты. Одетые в броню «Клинков» мужчины не вызывают у меня доверия, но спокойствие Дейрика передаётся и мне. Скорее всего, все они воевали на нашей стороне.
Рик по сигналу от охраны открывает дверь и пропускает меня внутрь. Тут темно, лишь блёклый потолочный свет хоть сколько-нибудь разгоняет эти вечные сумерки.
В центре оббитой мягким материалом комнаты стоит специализированная койка с парящими рядом устройствами, похожими на наши аппараты поддерживания жизни. А на кровати лежит Аластас. Недвижный, с открытыми, смотрящими в потолок глазами.
– Лекари говорят, что он всё слышит, но тело ему не подчиняется, – сложив руки на груди, произносит Дейрик. – Взрыв от удара «Созвездиями» по Пробою повредили его нервную систему и разорвали ауру. Иво сказал, что его душа навечно запечатана в Загранье.
Его безразличный взгляд направлен на того, кого он раньше звал отцом. И я вижу, что Рик не играет, не пытается сдержать злобы и ненависти к нему. Просто потому, что в нём этих чувств больше нет.
– Это поправимое состояние? – осторожно спрашиваю я, подходя ближе к кровати.
– Нет, а надо? – удивлённо переспрашивает Рик.
– Вот и отлично.
А я вот не сдерживаю злорадства. Кары идеальней для Аластаса не придумать. Смерть была бы слишком лёгким исходом.
– Как иронично. Тот, кто так жаждал тотального контроля и власти, – наклонившись к мужчине, шепчу я, – теперь не в силах контролировать даже собственное тело.
Смотрю на когда-то сильного и пугающего мужчину и понимаю, что вот сейчас точно всё – мы действительно победили.
– Пойдём, Эля. – Рик берёт меня под локоть, а потом и вовсе поднимает на руки. – Тебе надо больше отдыхать.
– Я вполне могу идти сама, – шутливо возмущаюсь я, но, решив подыграть Дейрику, изображаю головокружение и вздыхаю: – А, нет, не могу.
Верндари в ответ лишь усмехается и очень мужественно и храбро доставляет меня обратно, в мою светлую и такую уютную палату.
– Я пойду сообщу Несси и Виамиру, что ты пришла в себя, – сжав мою ладонь, произносит Рик. – А ты пока поспи.
– Хорошо, но ты всё равно не задерживайся, хорошо? – Почему-то мысль о его уходе не на шутку меня пугает.
– Как я и сказал, я буду с тобой всегда.
Он наклоняется и целует меня. Очень жадно и глубоко, отчего я хватаюсь за его шею, не в силах оторваться от Рика.
– Я должен идти, – хрипло выдыхает он в мои губы, когда воздуха между нами становится очень мало. – Но мы потом продолжим.
– Конечно, – покраснев, лепечу я в ответ.
Одарив меня напоследок хищным, многообещающим взглядом, Дейрик уходит, а я решаю последовать его совету.
И даже успеваю уснуть, правда, длится это недолго. Просыпаюсь от ощущения, будто кто-то присел на кровать в моих ногах.
