– Не сомневаюсь. – Верндари смеётся, вставая и отодвигая мой стул. – Просто так Переполохом никого не называют. Поспеши, а то без проводников в этих коридорах мы с ребятами первое время терялись.
– Мне кажется, или ты пытаешься от меня избавиться? – Я в притворной обиде хмурю брови.
– Исключительно ради твоего же блага, – со смешком отвечает Рик. – У нас впереди обстоятельная беседа наедине.
Он многообещающе подмигивает, отчего я против воли вспыхиваю.
– Не надейся, – шикаю я и спешу ретироваться.
А то разговор сворачивает в какое-то неправильное русло – в то, по которому я сейчас не готова двигаться.
И, как предсказывал Дейрик, я теряюсь в проходах. Вроде бы слышу голоса впереди идущих Милеи и ребят, и всё никак не могу их нагнать. А когда прохожу мимо одного из отворотов, так и вовсе застываю на месте. Потому что слышу всхлипы. Тихие и такие, будто тот, кто их издаёт, старательно пытается задушить в себе слёзы.
Заглядываю в коридор и вижу широкую, открытую площадку. Ветер тут же окунает меня в ночную прохладу и запах озона. Сияние лун заливает пространство, освещая одинокую фигурку на самом краю каменного выступа.
Дэль сидит, сгорбившись и обхватив колени. Судя по всему, она даже не замечает вторжения в её одиночество, поскольку ветер продолжает доносить до меня тихие всхлипы.
– Эй, – тихо зову я, приближаясь к девушке.
И застываю, не зная, зачем вообще подошла к ней. Утешать? Так я сейчас получу порцию пропитанных ядом иголок.
Хиларике тем временем вздрагивает и, резко развернувшись, вскакивает на ноги. И, нелепо взмахнув руками, заваливается назад – туда, где под нами несколько метров свободного полёта.
– Стой! – хватаю её за запястье и рывком подтягиваю ближе. – Аккуратнее!
Дэль в ответ прячет взгляд, украдкой вытирает глаза и выдаёт сдавленное:
– Спасибо.
– Не за что, – с нарочитой лёгкостью в голосе отвечаю я. – Свались ты сейчас, кто мир со мной спасать будет?
– Ага, – криво улыбается Дэль, поднимая на меня глаза, в которых я впервые не вижу бесящей меня надменности и отчуждённости. – А я уж было решила, что небезразлична тебе.
– Конечно, – воодушевлённо киваю я. – Мы же теперь одна команда и должны заботиться друг о друге. Иначе нашему плану каюк, верно?
Взгляд Дэль отчего-то тускнеет, в нём проскальзывает затравленность, и девушка резко отворачивается к обрыву.
– Если ты не против, я бы хотела остаться одна, – просит она.
И я даже делаю шаг назад. Но потом, сжав кулаки, подхожу ближе и, склонив голову, наблюдаю за Дэль. Она стоит с закрытыми глазами, и на её лице такая обречённая решимость, что мне становится страшно.
– Дэль, что такое?
Вздрогнув, она смотрит на меня так, будто успела забыть о моём присутствии.
– Всё в порядке, – спокойно отвечает она, хотя могла и огрызнуться. – Всем иногда нужно побыть в одиночестве, так?
– Так, – киваю я. – Но только не тогда, когда в его душе всё кувырком. А ведь у тебя сейчас именно так?
– Даже если и так. – Она поворачивается ко мне и, прищурившись, складывает руки на груди. – Что с того? Поработаешь моим психотерапевтом?
– Нет уж, увольте, – шутливо отмахиваюсь я. – У тебя такие тараканы в голове, что они сожрут меня и не заметят. – Я с улыбкой отмечаю, что Дэль шутка понравилась. – Просто если тебя что-то гложет, иногда достаточно это проговорить кому-то, для кого ты важна.
– Только не говори, что это ты, – скептически приподняв бровь, говорит Дэль.
– Это прозвучало бы до приторности фальшиво. – Усмехаюсь одновременно с Хиларике. – Нет, в твоём случае идеальной была бы кандидатура Иво.
Дэль отводит взгляд, снова концентрируя внимание на просторах, которые открываются с этой высоты. Бывшее когда-то моим лицо удивляет меня ужесточившимися чертами, а нервно сжатая челюсть подсказывает, что новая хозяйка моего тела всё ещё на взводе.
– Тебе пора, – внезапно говорит Дэль, коротким кивком головы указывая мне за спину. – Но спасибо за дельный совет. Возможно, я им даже воспользуюсь.
Я оборачиваюсь и вижу Рика у выхода на площадку. Прислонившись к арке проёма, он настороженно следит за нами. В его глазах светится немой вопрос, но я лишь неопределённо машу головой, требуя чуть больше времени.
– Дэль, это из-за Интегры?
Мне важно знать ответ на этот вопрос: слишком показателен он будет.
При упоминании куратора нижняя губа Хиларике чуть заметно дёргается, обнажая эмоции девушки. И я понимаю, что для неё дэра Раманюк всё же значила достаточно, чтобы Дэль оплакивала её. В одиночестве и не принимая ничью поддержку. Как и привыкла всю жизнь.
– Эля, тебе пора.
Хоть Хиларике и не отвечает на мой вопрос, но я достаточно увидела. И уже не так страшно оставлять с ней моих родных. Ведь если в её сердце нашлось место для Интегры, значит, и для моей семьи там будет свой уголок.
– Эля? – тихо зовёт Рик и протягивает руку.
– Иду, – отвечаю я, обмирая внутри.
Нет, нас, конечно, ждёт сугубо деловой разговор. Надо обсудить план действий, странные послания богинь, чудесное излечение Рика и его странное поведение. Никаких выяснений отношений – не до них сейчас. Ведь так?
