– Это было бы замечательно! А знаешь, я ведь тебя так и не поблагодарил.
«За что?»
– В том подвале ты мне в горло одну кружку воды за другой вливал, – улыбнулся Трэй, – спасибо, что не утопил.
«Ты бы впал в анабиоз. Мне пришлось бы тебя тащить».
– Я не так много вешу. Уж всяко легче твоего рюкзака.
Ён подошел к Трэю и приподнял его.
«Не тяжелее бревна», – улыбнулся он.
– Спасибо, друг, – поблагодарил Трэй и без перехода добавил, будто почувствовал, что Ён сейчас убежит по своим делам, хотя тот никуда не торопился: – Я планирую провести всем жителям медосмотр. Многие обращаются, когда совсем… – он не договорил.
Ён не хотел перебивать, но как-то получилось, что неосторожный взмах руки оборвал Трэя на полуслове. Повисло молчание.
«Мы так мало видимся», – заполнил он неловкий момент.
– Это точно. Сплошные дела, что и посидеть нет времени. – Непродолжительная пауза. – Я собираюсь побриться налысо. Надоели эти белые завитушки. Буду как Михаил. – Трэй провел по своим кудрям, показывая, как сбреет их, словно Ён был глухим. Ён остановил его, взяв за запястье, мол, не делай этого.
Трэй смутился оттого, что его держат за руку и долго не отпускают.
– Пойдешь со мной за листьями брусники? – спросил он первое, что пришло на ум.
Ён утвердительно кивнул.
– Из этого растения получается отличный взвар.
– Аы, – придумал Ён для диковинного слова звук. – «Никогда не слышал».
– Тут много всего интересного. Мне тут нравится.
«И мне. А что делают с этим взваром?»
– Его пьют. Сушеные листья заваривают и пьют.
«Они будут сушиться все лето?»
– Обещаю, взвар мы попробуем сегодня, у меня полно старых запасов. А свежие я высушу к лету. – Трэй указал куда-то вдаль, куда Ён ни разу не ходил. – Там такая красота: водопад, птицы поют…
– Эй, Ён, – донесся голос Зилла, идущего им навстречу с топориком, пилой и веревкой, – мы готовы.
Краем глаза Ён уловил, как Трэй помрачнел.
– Михаил скоро присоединится. – Зилл протянул инструменты.
– Хмм, – задумался Ён.
– Сходим в другой день, – нашелся Трэй.
– Вы куда-то собираетесь?
«Давай заготовку бревен перенесем на завтра?» – предложил Ён.
– Да мы с Мишкой и сами справимся. Сережу с собой возьмем.
– Обещаю, завтра этот работяга перевыполнит все ваши планы, – пошутил Трэй, довольный тем, что его отношения с Ёном обзавелись хоть каким-то наполнением, а не пустым названием «дружба».
Второго июля 2479 года у Зилла и Кристин родилась долгожданная девочка, здоровая и крепкая, вся в родителей. Щекастую малютку назвали Анной, в честь ее бабушки. Трэй вместе с лекаркой-повитухой принял роды. Ставшая второй раз счастливой мамой, Кристин, хоть и потеряла много крови, быстро пошла на поправку, а восстановившись, попросила Трэя вытащить из ноги осколок, мучивший ее годами.
Ён завершил строительство избы на неделю позже пополнения семейства Белкиных. Широкое крыльцо, ставни от северных ветров и покатая крыша из соломы, из которой торчала труба – домик получился такой аккуратный, будто коренной житель корпоративной Республики был вовсе не физиком, а настоящим зодчим. Изначально в доме планировалось больше комнат, но планы постоянно претерпевали изменения. Сначала Михаил заявил, что стеснять семью брата не намерен и съедется со своей возлюбленной вдовушкой, благо затеянный им ремонт подошел к концу. Затем Серж сделал объявление, что остается жить в их старой землянке со своей девушкой.
Новоселье отметили весело, а деревенский староста – грубоватый на вид мужчина средних лет, рассудительный и справедливый, – на радостях за свою дочь предложил по древней традиции сыграть свадьбу, а может, две, если Михаил со своей избранницей не будут против. Дату назначили на сентябрь, в праздник урожая и изобилия.
Закончив первый дом, Ён приступил к постройке второго, а также заложил фундамент под амбар для хранения сена. Он предположил, что строительство ускорится осенью, когда после сезона собирательства у него прибавится помощников, и к концу года будут возведены еще полдюжины домов. В команде Ёна-строителя уже числилось два десятка крепких мужчин. Подготовка материала шла поэтапно. За каждым этапом физик следил педантично: чтобы толщина бревен не разнилась более трех сантиметров, чтобы ширина выдолбленных пазов была ровной, чтобы брусья с плотными годовыми кольцами укладывались в северные стены, а с менее плотными – в южную, чтобы собранный мох для уплотнения был качественно просушен. С такой же тщательностью он когда-то отлаживал антибитовый передатчик. Тогда он трудился для изменения прошлого, а теперь – ради будущего. И это светлое будущее он торопился приблизить, будто куда-то опаздывал. Он постоянно оттачивал технологии и совершенствовался. Так для ускорения работ он разработал оригинальный способ подготовки сырья: чтобы бревна отесывались быстрее, он отмачивал их в озере, а заранее пропиленные насечки с вбитыми в них клиньями надкалывали древесину, упрощая нарубку замковых соединений. Этими премудростями он делился с Михаилом и Зиллом, видя в них способных учеников, самостоятельных и любознательных.
