Они с Бо изнывали от нетерпения узнать хоть что-нибудь про рейд., и Рэмка отправился на разведку.
Гнать его до прихода Дарама не стали — отрядили заваривать йилан. Тем более, что сорт был какой-то новый и ещё не опробованный личным составом.
Рэм поставил греться воду, распечатал шуршащую пачечку.
Но как только он открыл рот, чтобы начать задавать вопросы, экран связи мигнул и окрасился алым — шифрованное сообщение.
Капитан его тут же дешифровал. Ибо что мог написать генерал Мерис на общий канал связи, что не положено знать экипажу? Неужели приказывает всему командному составу «Персефоны» срочно и совершенно секретно утопиться в корабельном бассейне?
Документ содержал всего одну рваную строчку.
«Смотри внимательней за экзотами», — вот что написал генерал Мерис.
Экран снова мигнул, принимая шифровку. Похоже, генерал сидел на совещании и спойлерил с него, шифруя сообщения только за тем, чтобы другие офицеры не понимали, чем он занят.
Капитан отрыл второе письмо.
«Хаген сам ничего толком не знает».
— Эт чё, новость? — удивился капитан Келли.
Остальные члены офицерского совета настороженно молчали. Только навигатор «Персефоны» Ивэн Млич чувствуя всеобщее нервное напряжение, покрылся «гусиной кожей».
Экран не угомонился. Следом пришло ещё две таких же странных фразы от Мериса и следом — письмо от командующего Объединённым Югом Колина Макловски.
Его капитан открыл на личном браслете. Пробежался глазами.
— «На „Кольце“ — группа хаттских учёных, — прочитал он вслух. — Полномочия группы широкие. Хаген допустил их совместную работу с нашей разведкой и десантом…»
Млич насупился: мало хаттских «собак», теперь ещё и учёные припрутся?
— Это что за новости? — выцедил он сквозь стиснутые зубы. — Это ещё одну банду хаттов принять на крейсер? Где Дарам? Нужно срочно проводить психическую ревитализацию экипажа! Руководство может хотя бы о чём-то думать заранее?
— Тю… — рассмеялся Рос. — Руководство? Заранее?
Пилоты обидно заржали, подразумевая, что и у Млича тут морда явно в пушку.
— По крайней мере, мы уже знаем о хаттской проблеме, — постарался успокоить навигатора капитан. — И с Дарамом я уже говорил. Думаю, что программа работы с экипажем у него есть.
— А почему все так боятся хаттов? — спросил Рэм, которого позабыли выставить из капитанской. Всё это время он тихонечко возился с йиланом, но тут не выдержал: — Мы изучали хаттскую войну. Ничего там особо страшного нет. Ну, машины…
— Они нас за людей не считают, — коротко пояснил Дерен. — Уничтожать будут, как плесень. Никаких пленных, хартий, запрета обстрела планет.
— Как это? — не понял Рэм. — Никаких хартий? Так, значит, у нас и не война сроду с ними была? Типа сопротивления стихии?
— Можно сказать и так, — кивнул Дерен.
— В учебниках, наверное, и не пишут, как мы с ними «воевали», — посетовал Млич. — Запрещено. У нас — совсем, у экзотов — до совершеннолетия. До 42-х.
— Я бы это… и в 90 запрещал, — буркнул Келли.
К уничтожению людей машины подходили творчески и разнообразно. На «Благодати» — это цветочки были.
— Мы изучали, что хатты расчеловечивали людей, — не согласился Рэм. — Но чтобы они нас выводили как плесень? А себя хатты как позиционировали?
— А ты угадай? — предложил Млич.
— Ну не людьми же? — Рэм посмотрел в лицо навигатора и заморгал удивлённо: — Людьми?
— А в учебниках у тебя что было? — полюбопытствовал Млич.
Рэм послал с браслета запрос в библиотеку и прочитал под ехидное молчание Дерена. (Тот уже интересовался учебниками напарника.)
— «…с точки зрения хаттов, биологические люди — просто животные. Дикие и опасные животные. И чем больше их поведение похоже на разумное, тем опаснее». — Парень нахмурился: — Тут всё как-то обтекаемо. Что значит «биологические» люди? Есть не биологические? То есть, это сами хатты и есть? Выходит, они нас за людей не считали, а мы — их?
— Так они и не люди, — скривился Млич.
— А почему? — спросил Рэм.
— Действительно, — кивнул Дерен. — «А почему?» Это, Рэмка, один из проклятых вопросов философии. Почему мы собираем человека из подходящих вроде бы пазлов, а выходит — не человек? Что ещё в нас есть, кроме мяса и слабеньких электрических импульсов, если существование души — недоказуемо?
Рэм открыл рот, собираясь спрашивать ещё, но в капитанскую вошёл Дарам, и Дерен кивнул напарнику:
— Беги! Подумай пока над аргументами.
Парень метнулся к выходу, но задержался в дверях.
— А инфа-то какая-то по рейду будет? — спросил он.
— Вот поговорим сейчас — и будет. Наверное, — нехорошо усмехнулся Дерен.
Леон, дежурный по капитанской, взялся было разливать йилан, но капитан отнял у парня чайник и выставил его в коридор.
Дежурных выгоняли далеко не с каждого офицерского совета, но тут риск был слишком велик. Конечно, Леон мог оказаться из тех, кого медики уже не обрабатывали против хаттской угрозы, но это лучше было проверить на тестах.
За пилотов кэп не волновался: и Неджел, и Дерен и Рос — нервы имели крепкие. Если нужно будет здесь и сейчас сражаться с неуязвимыми на вид хаттами — не дрогнут.
