Группа двигалась к термам – там должен был под звездным небом проходить концерт. Они купили билеты – квадратики тонкой желтой бумаги, без мест, – заняли стулья в центральном атриуме, окруженном чередой колонн. Сфотографировались у фонтана с дельфинами и наядами, похлопали дирижеру – это была симпатичная девушка в мужском костюме с галстуком-бабочкой. Она объявила, что играть будут сначала Шуберта, потом Чайковского. Слушая музыку, Максим рассматривал скульптурные часы на стене с метровым циферблатом, по которому плавно бежала стрелка, отмеряющая секунды, и размышлял о том, что нашел, похоже, то самое счастье, к которому стремился. Теперь можно остановиться, не спешить. Осмысленно проживать каждое мгновение.
Стоило, наверное, взять Юлю за руку, но ему не хотелось быть навязчивым, вести себя как подросток, впервые оказавшийся с девушкой на концерте. Он сделал серьезное лицо, притворился, что вслушивается в мелодию, хотя на самом деле музыка не особенно его тронула. К тому же вокруг пищали комары, и несколько укусов уже чесалось на шее.
По дороге в отель он заговорил о том, чем им заняться завтра – куда ей хочется съездить?
– Может, к морю? – с сомнением в голосе сказала она. – Или нет, на озеро! В Торре-дель-Лаго. Там вилла Пуччини.
– Чья? – переспросил Максим.
– Ну ты что! Пуччини – композитора. Это он «Тоску» написал. И «Манон Леско». И «Турандот».
– Ну, если Турандот, то точно поедем. Лишь бы ты была довольна.
Юлька пообещала, что ему тоже понравится у Пуччини в гостях: там и сад, и музей, и озеро с лодками. Музей, однако, был закрыт, сад они посмотрели через ограду. За ней росли гортензии, вся в цветах стояла жимолость. В кафе на берегу пестрели полосатые шезлонги, местный аполлон, раздевшись до пояса, бродил по пляжу, подбирал мелкий мусор.
– Скажи, – обратился к Юле Максим, – что ты думаешь о моем предложении? Переедешь ко мне?
– Не знаю. Честно – понятия не имею. Это все как снег на голову. Я думала, ты просто захотел развлечься. Воспользоваться ситуацией – Италия, весна, малознакомая девушка. Я примерно так на это смотрела. Ничего не могу обещать.
– Вообще-то все люди сначала малознакомые. Потом узнают друг друга. Я тебя достаточно узнал.
– За две недели?
– Почти за год.
– Все равно. Мы только на итальянском встречались. Поболтали пару раз. Боюсь, тебе больше секс понравился, а не я.
– И он тоже, но не в этом дело. Я еще ни с кем себя не чувствовал так, как с тобой. Только упрекал, выискивал недостатки. А на тебя смотрю – и поражаюсь. Ты как будто специально создана для меня.
Юля вдруг нахмурилась, отвернулась.
– Нудный ты, прости господи! Специально создана – это из какой книги? Мастер художественного слова, блин! Лев Толстой…
Максима ее замечание резануло, стало больно, тревожно екнуло сердце.
– Я просто не знаю, как тебя убедить. А мне очень надо.
– Тогда не дави. Кто с ходу решает такие вещи? Я сюда ехала отдохнуть – и ты отдыхай. Пройдемся на моторке?
Их повез тот самый аполлон, который чистил пляж: он был заодно и капитаном маленькой лодочки с мотором и двумя парусами, на которой можно было прокатиться через озеро серого – стального – цвета. Юле не сиделось на месте, она то вставала, то пыталась рукой достать до воды, когда лодка на поворотах давала крен. Максим видел, как резко у нее в последние дни меняется настроение, волновался, что сам тому причиной, но с избранного курса не сходил. Ему, между прочим, тоже нелегко! Приходится ломать свою гордость, уговаривать. Но ничего, он потерпит. Пусть только она согласится, пусть согласится – он повторял эти слова, как мантру, прокручивал в голове, чуть ли не молился.
Они вернулись на причал, поблагодарили плечистого капитана с буйными черными кудрями, сели в машину. Юля порылась в рюкзаке, выпила лекарства – опять целую горсть.
– Тебе точно все это нужно? – Максим подозрительно покосился на пластиковый пенал, где в каждом отделении лежало штук по пять таблеток. – Глотаешь и глотаешь…
– Для хорошей кожи, – отшутилась она, – чтобы краситься меньше.
– Скажи конкретно, что там?
– Доктор, не начинайте. Не бесите меня!
– Я просто беспокоюсь. Ты знаешь, что коллаген сгущает кровь? Его опасно помногу принимать. И витамины – небезобидная вещь. Даже «Омега-3».
– Между прочим, мне их врач выписал. Причем хороший.
– В интернете все хорошие. Рекламу делают себе. Ты когда в последний раз сдавала анализы? Биохимию, например?
– Ну все, ты достал! Если сейчас же не прекратишь, выпрыгну из машины!
Юля красноречивым жестом взялась за ручку двери, и Максим сдался:
– Ладно, молчу! Но давай в Москве ты придешь в санаторий и сдашь кровь, хорошо?
– Максим!
– Не буду, не буду…
На дороге было людно: итальянцы возвращались с выходных, надвигался понедельник. Максим понимал, что у него всего два дня, он уже купил им на среду билеты в Москву. Надо все решить, пока они вдвоем, иначе она запрется дома, откажется встречаться или вообще куда-нибудь пропадет, как уже бывало. Представление о ее жизни он составил и считал, что с такой семьей Юле легко будет порвать, он даст ей гораздо больше.
