Теперь, после нашего совместного предсказания, у меня не было ни малейших сомнений – он не просто тот, кого я выбрала, ощутив сначала доверие и симпатию, а после любовь. Его появление в моей жизни не случайно. Оно задумано заранее. И вовсе не цоррольцем Камширрром или милбарцем Мейденом. А теми, кто тысячи лет неспешными шагами двигался к своей цели…
Всё, произошедшее со мной и Джером, шло в соответствии с интересами хранителей. Чтобы их волю поняли правильно, они даже надавили по всем фронтам. Ведь у меня ещё на этапе строительства полигона был сон, что победит самый достойный. Тот, за кого я радовалась искренне, переживала… Разве могло появиться такое сновидение без вмешательства духов? Да и досадная потеря способностей тоже была нужна для исполнения их замысла. Ведь если бы я оставалась всесильной и неуязвимой, то в плен не попала бы. И с любимым бы не встретилась.
Духи планет говорили со мной, с Джером, отцу послали сразу два видения-предсказания обо мне и о будущем зяте. Лирьену сообщили об изменении в участниках соревнований…
Пока неясно, каким будет итог этой авантюры высших сил, но в правильности пути, по которому нас направили, можно не сомневаться.
Впрочем, лёгким этот путь точно не будет. Последнее стало понятно, едва мы перешагнули порог кабинета императора, а он поднял голову, отрываясь от документов. В голубых глазах я увидела растерянность и ощутила обуревающие отца сомнения раньше, чем услышала:
– Милбар никогда не станет частью империи, – без предисловий и увёрток сообщил родитель, когда мы разместились на диване, рядом с его столом. – Король т'Ёр в этом смысле выразился однозначно и потребовал освободить и отослать на родину всех захваченных на Цорроле милбарцев. В отношении лично вас, Джернал, ультимативных заявлений и требований не поступило. Похоже, вам оставили возможность действовать на своё усмотрение.
– Ясно. Спасибо, – коротко поблагодарил Джер. Посмотрел на меня, чуть заметно поднимая брови, мол, ну я же говорил, что шансов никаких и надо было сбегать.
Но я лишь отрицательно покачала головой и сосредоточилась на беседе с отцом:
– Мы не расстанемся. Свадьба состоится независимо от решения Милбара, – непререкаемо припечатала. – И Совет империи одобрит нового императора, несмотря на то, что он милбарец, а его планета не в составе Объединённых территорий.
– Альма, не надо, – попытался остановить меня Джер.
– Ты в своём уме? – схватился за голову отец. – Никто на такое не согласится…
– У меня нет весомых аргументов, чтобы их убедить? – усмехнулась я, выразительно прицельно разбивая гравитацией на мелкие осколки каменную вазу и добавляя голосу дорлитарских интонаций: – Ты же уверен в правильности моего решения?
– Да, – послушно согласился отец. – То есть нет! – воскликнул, сообразив, что произошло. – Хватит на мне экспериментировать! Всю империю голосом не подчинишь! И силой власть надолго не удержишь. Дочка, пойми, нужен другой выход!
– Согласен, – снова вмешался Джер. – И я даже могу подсказать какой.
Я собиралась и дальше настаивать на своём, уверенная, что смогу быть защитой для Джера, гарантом его власти, залогом послушания его подданных. Иначе для чего мне столько способностей? Мне по силам обеспечить безопасность мужа. Разве не в этом состоит воля хранителей? О каких детях речь, если мой избранник может пострадать или погибнуть?
И всё же умолкла, дав любимому возможность высказаться.
– Никто не примет чужака как императора. Пусть он и одержал победу в состязаниях, – благодарно пожимая мои пальцы, начал Джернал. – Присягу правителя должен приносить тот, чья родина – Объединённые территории. Но мне вот интересно, где-то указано, что претендент обязательно должен быть мужчиной?
– Н-н-нет, – ошарашенно неуверенно ответил отец. – Кажется… Эм-м… – Он растерянно схватился за вильюрер и принялся спешно перелистывать страницы свода законов империи, который у него всегда был под рукой.
– Ты серьёзно? – приглушив голос до шёпота, я ничуть не менее потрясённо смотрела на того, кто вот так равнодушно и легко отказывался от власти ради… любви?
– Абсолютно серьёзно, – спокойно ответил Джер. – Ты достойна быть императрицей. Идеальная правительница. Умная. Совершенная. Уникальная. Невероятная. В тебе объединены те способности, без которых империане не представляют своей жизни. В тебе есть всё…
– Кроме одного. Я не мужчина, – перебила я его, покачав головой.
– А ведь действительно нет такого ограничения, – вдруг рассмеялся отец. Посмотрел на нас, снова на вильюрер, опять на нас. – Ну и ну…
Да уж… В голове не укладывается! За всю тысячелетнюю историю империи никто на это не обратил внимания? Не оспаривал обтекаемую формулировку и не запрещал наследницам быть правительницами? Другой вопрос, что фиссы о такой возможности даже не помышляли. Всех мужья-императоры устраивали. И мужчины не воспринимали женщин как реальных конкуренток, не видели в них угрозы для собственного единовластия…
