На душе было радостно и легко. Трудности напряжённого, ответственного дня будто забылись, им на смену пришли более приятные и привычные обязанности. Милые семейные домашние моменты… Они бесценны и неповторимы. И моё трепетное отношение к близким останется неизменным. Сильной и всемогущей я буду во время рабочих заседаний и на публике, а в семейном кругу можно и позволять себе быть мягкой и заботливой. Расслабляться в спокойном уютном гнёздышке, где всегда поддержат ласковым словом, помогут советом или просто отвлекут от тяжёлых мыслей, заставив сбросить груз тревог.
Трибуны шумели.
Расположенные не так уж близко друг от друга ступенчатые ярусы, заполненные сидящими на них гостями, мне казались единым целым – они сливались восторженными криками, взлетающими вверх лентами и воздушными шарами, вскакивающими и машущими руками империанами, занявшими места для зрителей.
Три огромных экрана, закреплённых перед трибунами, сближали их с теми, кто ждал начала праздника в других местах – на площадях и улочках не только городов Таи, но и других планет империи. Событие слишком значимое и судьбоносное, чтобы ограничивать его трансляцию рамками только моей родной планеты.
Происходящее напоминало интригующую атмосферу недавних соревнований. Только вот мои родители не разместились в императорской ложе, а ждали нас на площадке для церемонии. Да и сам полигон изменился.
Лишние ворота, ограждения, препятствия, столовые и скамейки были убраны. Исчезли спортивные снаряды с альтернативных обходных трасс. Сохранилась лишь декоративная искусственная растительность, превратившая бывшую солевую равнину в оригинальный парк, окружающий оставшиеся в первозданном виде павильоны. Теперь это историческое достояние, памятная для империан территория, и наверняка в будущем – заманчивое место для желающих попробовать свои силы в императорских испытаниях.
За эти два дня изменилось и ещё кое-что – появилось центральное возвышение, высокий помост в центре полигона, к которому вела широкая массивная лестница. Покрытая мелкой каменной крошкой, она поднималась широкими ступенями, заканчиваясь просторной площадкой, которую украшала композиция из арок-порталов, похожих на входы в павильоны. Видимо, кто-то, продумывая идею свадебного оформления, решил подчеркнуть покровительство хранителей и единство планет.
– Нам выпало огромное счастье, дорогие наши соотечественники! Мы живём в эпоху великих перемен! – разносился надо всем этим жизнерадостный, наполненный благоговейным восторгом женский голос. – Не император женится, а наша императрица выходит замуж! Это ошеломляющие, сногсшибательные изменения давних традиций…
– Ты, как всегда, права, – активно поддерживал её настрой уже мужской голос. – И вчерашняя церемония присяги – очередное тому подтверждение. Подумать только, духи-хранители почтили своим присутствием заседание Совета империи! Вот честно, не наблюдай я этого своими глазами, усомнился бы.
– Я уверена, все в таком же замешательстве и наверняка не раз детально изучили этот момент в записи, но мы на всякий случай ещё раз его покажем, такое невозможно не продемонстрировать нашей многочисленной аудитории…
Картинка радостно гомонящих трибун на экранах тут же погасла, сменившись изображением зала заседаний правительственного кристалла. Я, стоящая в центре кресел, приносящая присягу, агрессивная выходка уайлианина, огонь, соткавшийся в фигуру хранителя, его немногословная и строгая нотация, опешившие лица советников…
– Я же говорил, проще было сбежать, – хрипло хмыкнул мне на ухо Джер. – Устроили тут представление. Не свадьба, а не пойми что.
Посмотрев на него, я не сдержала улыбки. Одетый в тот же чёрный со звёздами костюм, который был на нём вчёра, с аккуратной стрижкой, весь такой эффектный, производящий впечатление строгого, требовательного правителя… А мне в нём всё равно упорно виделся тот сонный растрёпанный влюблённый, в объятиях которого я провела ночь, разбудивший меня утром нежным поцелуем.
– Их можно понять, – лояльнее отнеслась к происходящему. – Не каждый день духи планет напоминают о себе. Зато на фоне этого новость о женихе-милбарце перестала казаться из ряда вон выходящей.
– Какое счастье, – засмеялся Джернал, привычно быстро и легко внося в разговор долю шутки. – Я бы не пережил такое пристальное внимание и расстроился из-за косых взглядов общественности.
– Наша императрица на удивление нестандартно подобрала слова присяги, – вновь разнёсся над головами голос ведущей. – Её клятва не была формальностью, она шла от чистого сердца.
– Важны не только слова, но и искренность, и готовность отдавать всю себя служению империи, – согласился с ней коллега. – И соимператор выразил достойное стремление принять традиции своей новой родины.
– Ты имеешь в виду нашу империю в целом или Цоррол? Никогда не думала, что планета, населённая этими жуткими меховыми существами, может стать столицей…
