Алькер развёл руками и, наскоро собрав какие-то необходимые вещи, вышел, аккуратно прикрыв дверь. Лора за всё это время даже не шевельнулась — лежала всё так же спиной к Вигхарту и размеренно дышала. Похоже, тут не обошлось без лекарских трав. Тонкое одеяло вполне чётко обрисовывало очертания её длинных стройных ног, изгиб бёдер и расслабленную линию спины. Рыжие волосы её, сплетённые перед сном в косу, уже чуть растрепались, рассыпались отдельными прядками по светлой подушке — и та теперь словно бы была покрыта огненными трещинами.
Вигхарт приблизился к постели вплотную и склонился, пытаясь заглянуть в лицо Лоры. Кажется, она говорила, что ей не нравится его тайное присутствие в её спальне. Но сейчас явно особый случай.
Её кожа ещё была бледной, но яд ей уже не угрожал, а это самое главное. Вигхарт не сразу понял и осознал, что протянул к Лоре руку, поддел облепившие её плечо волосы и откинул за спину, открывая тонкую шею. И отчего-то захотелось коснуться её тоже.
Девушка вздохнула, но не проснулась. А Вигхарт обошёл кровать и присел на неё с противоположной стороны, оперевшись спиной на свободные подушки. Жаль, по лицу Лоры нельзя было понять, что же она скрывает. Что таит за собой непрошибаемая стена её памяти. Возможно, что-то полезное — раз уж она нужна сумеречникам — или опасное.
Вигхарт долго ещё рассматривал её мягкие, во сне совсем уж девчоночьи черты. Хоть ей уже сколько? Двадцать один. Так и не найдя для себя ни единого ответа, он откинул голову на подушку, вытянув ноги на краю постели, и уставился в балдахин. Только было попытался что-то разложить по полочкам разума, как совершенно неожиданно и быстро уснул.
Травы Алькера всегда казались мне слишком сильными. Особенно сонные. Но в этот раз что-то было по-другому. Я проснулась от лёгкого неудобства, которое не тревожило тело, но явно кололо меня изнутри странным предчувствием. Поначалу я прислушалась, но ничего особого, кроме далёкого щебета уже проснувшихся на рассвете птиц, не услышала. Затем только прорезалось сквозь тишину комнаты размеренное дыхание: наверное, лекарь, как и вчера, уснул в кресле.
Я потянулась, жмурясь, стараясь не разбудить Алькера шорохом одеяла. Открыла глаза с мыслью, что очень хочется пить, — и в горле моментально пересохло прямо-таки до состояния пустыни. Потому что на другом конце кровати, вытянувшись во весь рост и сложив на животе руки, спал Вигхарт фон Вальд. Собственной драконьей персоной.
Какое снадобье, простите, дал мне Алькер, если я не помню, как герцог здесь оказался? Да ещё и в моей постели! Затем только разум начал подкидывать здравые мысли: его драконейшество одет, лежит очень далеко от меня и, кажется, так и уснул — в не слишком удобной позе. Всё-таки все эти хлопоты и заботы, похоже, сильно его утомляют.
Но, проклятье, зачем он здесь?
— Ваша светлость! — решительно позвала я.
Пусть уже объяснится, иначе я напридумываю себе невесть чего. Светлая Вайса, я даже себя торопливо ощупала, проверяя, одета ли. Нет, сорочка на месте и даже не задрана. Никаких необычных ощущений в теле… Да о чём я вообще думаю?!
Герцог на мой оклик только едва шевельнулся, слегка повёл плечами и, недовольно поморщившись, повернулся на бок. А во сне у него вполне мирный и не такой суровый вид. Волосы упали ему на лоб, и у меня даже слегка зачесались ладони от желания смахнуть их. Я чуть наклонилась к нему, внимательно разглядывая умиротворённое лицо. Строгие морщинки между его бровей разгладились, проступающая щетина чуть затемняла ему подбородок. Даже можно было ещё разглядеть недавний порез на щеке, в небольшой впадинке. Свет вставшего над полосой лесистых холмов солнца падал ему в спину, светлой каймой очерчивая линию плеча, сильной шеи, самую кромку уха. Почему я до сих пор его не разбудила?!
Едва я только протянула руку, чтобы — честное слово! — слегка толкнуть, как он вдруг распахнул глаза.
— У вас в руках нет острых предметов? Вилки, бритвы, сборника Бергландских ругательств…
— Н-не, — от неожиданности только и проблеяла я. Но тут же взяла себя в руки: — Что вы вообще здесь делаете?! Вам что, в своих покоях не спится? Или вы потеряли связку своих ключей?
Его драконья светлость не поторопился отвечать, только потянулся, протяжно и громко рыкнув на всю комнату, размял шею.
— Я зашёл проведать вас. И вижу, вы вполне пришли в себя. Чему я очень рад.
— Что-то не верится, — хмыкнула я.
— Почему же? — Ящер покосился на меня. — Я очень рад, что мне не придётся держать ответ перед вашим мужем, как так вышло, что вы умерли. И не придётся объясняться с королевским дознавателем. Сколько было бы проблем…
Не найдя, что ответить такого, что не повредит моей репутации воспитанной девицы, я, неожиданно задетая столь расчётливыми словами, схватила попавшую под руку подушку и швырнула в Вигхарта.