Но на моё предложение Эбреверта только глаза закатила.
— Я предлагала ей поехать всем вместе. Втроём. Но она отказалась. Какие-то у неё дела в замке. Думаю, вполне романтического плана. — Она многозначительно приподняла брови, взглянув на меня.
Значит, и от её внимания не укрылась некоторая явственная связь эфри фон Тейх с братом Вигхарта. Вот он и смотрел на неё сердито, но скорее вовсе не из-за уязвлённого самолюбия. Обиженный в лучших чувствах мужчина, как мне представлялось, всё же вёл бы себя по-другому.
Графиня всё стояла, терпеливо ожидая моего согласия или отказа. И на лице её было такое удивительное смирение, что даже жаль её становилось. А раз его чешуйчатая светлость решил пожаловать мне охрану от своих щедрот, то, наверное, опасаться нечего? Я покосилась на окно, за которым во все стороны простиралось ясное, насыщенное небо, чуть припорошенное обрывками облаков. День-то какой хороший. Пока его драконейшество совсем не запер меня…
— Хорошо. Но, надеюсь, вы не станете таскать меня по лавкам до ночи.
Да и покупать я ничего не собиралась: к сожалению, герцог забрал меня из Альтейха очень спешно, и теперь я временно находилась на полном его иждивении. Ни медяка за душой. Неприятное осознание, признаться.
— Я постараюсь слишком вас не утомить, — заметно просияла графиня.
Скоро мы с ней встретились во дворе. Нас ждала небольшая карета — и потому особенно заметный на её фоне вооружённый эскорт. Даже неловко как-то. Эбреверта стояла на крыльце, недоуменно перебегая взглядом от одного лица на другое и хмуря плавные, кажется, слегка чем-то подведённые брови.
— Это просто смешно, — буркнула она, когда я остановилась рядом с ней. — Когда его светлость сказал про охрану, я не думала, что он отправит с нами половину Кифенвальдской стражи.
— Думаю, я ничего не могу с этим сделать, — не без удовольствия от её растерянности ответила я. — Воля его светлости.
Графиня повернулась ко мне и ещё раз смерила взглядом, словно всё же не понимала, за что мне такая честь, но, к счастью, удержалась от дальнейшего ворчания. Она села в карету первой, а меня на миг задержал у дверцы один из сопровождающих.
— Его светлость просил передать вам это, эфри Вурцер. — С лёгким поклоном приятный крепкий мужчина вложил мне в руку туго набитый монетами мешочек.
Кажется, это можно рассматривать как призыв его щедрого и весьма расчётливого драконейшества ни в чём себе не отказывать. И я хотела уже было вернуть кошель сопровождающему, но тот спешно ушёл и уже поднялся в седло. Неловко. Вон и Эбреверта нетерпеливо выглядывает в окно…
Хорошо, пусть пока останется у меня. Отдам Вигхарту назад, когда вернёмся.
Но скоро мне просто захотелось откупиться этими деньгами от самой эфри фон Штейн. Лишь бы она уже оставила меня в покое. Несмотря на обещание, после той пресловутой лавки “удивительных, дивных” тканей эфри ещё долго таскала меня по небольшому городку, не пропуская, кажется, ни одной двери на торговой улице. В пекарне мы поели “тех самых” булочек, что привозили в замок в первый день приезда графини в дом герцога. В ювелирной мы едва не пропали окончательно. Мне даже пришлось выслушать тихие ворчания Эбреверты о том, что его светлость так и не позволил хоть одним глазком заглянуть в тот найденный нами в склепе ларчик.
В лавке портного графиня приобрела солидный моток золотистой тесьмы. В мастерской резчика по дереву — умопомрачительно сложной работы шкатулку. В какой-то миг мне показалось, что скоро в карете останется место только для покупок неугомонной эфри. Я перестала даже вздыхать — просто тащилась следом за Эбревертой и слушала её трескотню.
— Давайте зайдём ещё сюда! — бодро выдала она, когда я уже понадеялась, что всё интересующее её в Кифенвальде наконец просмотрено.
Подняла взгляд на вывеску — аптекарская лавка.
— Сюда-то нам зачем? — я едва не простонала.
— О, — усмехнулась графиня. — Я слышала, Кифенвальдские алхимики и знахари очень умелы. Хочу приобрести пару любопытных флакончиков для будущей семейной жизни.
— Надеюсь, это не яды…
Графиня неопределённо возвела глаза к небу, заставив усомниться, что моё предположение такая уж шутка. Потому внутрь я вошла с понятной опаской, а тем временем Эбреверта уже завязала разговор с аптекарем, который слушал её со всем вниманием.
— Вот, смотрите, — повернулась ко мне графиня, встряхивая флакон, который держала двумя пальцами. — Это очень хитрое средство. Добавляете его в питьё мужу, и он сам не заметит, как его мужское желание пропадёт. Можно спокойно ложиться спать и быть уверенной, что он не придёт.
— Думаю, сонное зелье в такой ситуации не менее эффективно, — заметила я.
— Зато более заметно в применении, — назидательно парировала Эфри фон Штейн.
И не поспоришь.
К нам из соседней каморки снова вышел аптекарь и поставил перед графиней ещё несколько склянок.
— А это вот, посмотрите, — понизила она голос, поднося одну к моим глазам, — поможет уберечься от зачатия ребёнка. А там… Может, неудовлетворенный плодовитостью жены муж подаст прошение герцогу о разводе.
— Вам, кажется, не нужен развод? — усомнилась я.