Воцарилась тишина. На меня с изумлением смотрели все, включая Натсэ и рабыню, имени которой я не знал, да и знать не хотел.
– Продано, – сказал толстяк. – За пять солсов. Господину магу Земли.
Он подвёл девушку ко мне. Я отсчитал пять золотых монеток из выданной мне Виментом доли. Когда толстяк потянулся к ошейнику, чтобы отстегнуть цепочку, я взмахом руки остановил его.
– Вы же можете о ней позаботиться? – спросил я. – Можете её где-то поселить? Я оплачу расходы.
Толстяк соображал быстро, как и подобало жуликоватому торговцу с рынка.
– Нет ничего проще! Это обойдётся вам в десять гатсов в месяц.
Я протянул ему ещё один солс.
– Два месяца, – сказал я. – И я хочу, чтобы с ней хорошо обращались. Когда я за ней приду, она должна быть чистой, сытой, здоровой и счастливой. Пусть эти два месяца запомнятся ей чем-нибудь хорошим.
Толстяк молча поклонился. Когда монеты исчезли в его кармане, он кивнул на девушку:
– Вам нужно сказать, что вы – её хозяин, чтобы ошейник замкнулся на вас. Её имя Тавреси.
– Тавреси, теперь ты принадлежишь мне, – сказал я, глядя в сторону. – Я Мортегар, твой хозяин.
Толстяк увёл девушку, так и не проронившую ни слова. Я развернулся и побрёл прочь. Теперь точно – в комнату и спать. Я бы, конечно, лучше завалился в своих подземных покоях, но лучше не рисковать, входя в холм средь бела дня. Увидит кто – вопросы задавать начнут…
– И что это значит? – спросила Натсэ, поравнявшись со мной.
– Эта девушка станет моей сестрой.
– А… А я?
– А ты – нет.
Я остановился. Глаза щипало. Подло это всё было. Подло и гнусно. Но в этом заключался один из аспектов взросления: иногда приходится быть подлым и гнусным.
– Такое вот я трусливое дерьмо, – прошептал я.
И вдруг Натсэ обняла меня, уткнулась лицом в грудь. Я тоже её обнял. Чуть-чуть стало легче на душе.
Справлюсь. Пока ещё справлюсь.
Меня разбудили голоса.
– Вот это да! – грубый бас Танна.
– Так нас, чего доброго, вообще выселят, – мрачный голос Ямоса.
– Нижние этажи, кажется, уже затопило, – Натсэ.
– Ага. Надо бы глянуть, чего там, – снова Ямос.
Тут я открыл глаза. Чтобы Ямос так запросто разговаривал с рабыней, должно было приключиться нечто невероятное.
Я увидел интересную картину: все трое торчали у окна, высовываясь наружу. Большую часть окна занимал Танн, в углу примостился Ямос, а Натсэ, будто на подоконнике, лежала на спине Танна. Здоровяк то ли вообще этого не замечал, то ли не имел ничего против.
С улицы в комнату проникал шум дождя и, когда я встал, то увидел льющие с серого неба потоки. И ветер завывал, как покойник по прожитой жизни.
Я подошёл к окну и толкнул в бок Ямоса. Тот отодвинулся, и я посмотрел вниз. Неприличное восклицание вырвалось у меня само по себе.
– Вот и я так же сказал, – поддержал меня Ямос. – Река вышла из берегов. Обалдеть…
О подножие скалы-академии билось настоящее море. Натсэ была права: три-четыре ряда окон скрылись под водой. Но никто не бегал в панике, по крайней мере по нашему этажу. Не стояла в дверях комендантша Явета, руководя эвакуацией. Может, все уже сбежали, а нас оставили умирать? Разумеется, из-за меня. Подсуетились Наллан и Герлим, а может, ещё какие фанаты у меня завелись.
Что же до самой реки, то я не сомневался в причинах её буйства. Причиной был я. А вернее, живущее внутри меня Пламя, которое становилось сильнее. Я повернул голову и встретил взгляд Натсэ. Понимающий взгляд. Она соскользнула со спины Танна и встала возле меня.
– Идём вниз? – предложил Ямос. – Поглядим, что творится.
Мы оказались не одни такие умные. На нижних этажах собралась вся академия. К окнам в коридорах и залах было не пробиться, но некоторые жильцы охотно разрешали зайти к себе в комнату на пять минут – за умеренную плату, конечно. Мы пристроились в хвост самой короткой очереди.
– Эй, болотник! – хлопнула меня по спине незаметно подкравшаяся Талли. – Как спалось?
– Что с тобой? – выпалил я вместо ответа.
Выглядела Талли отвратительно. Бледная чуть ли не до серости, с глубоко запавшими глазами. Если б я не знал её так хорошо, то и не узнал бы.
– Простудилась. Ерунда, – поморщилась она. – Мелаирим просит, чтобы ты зашёл сегодня… Ну, ты понял куда.
Я покрутил головой, чтобы убедиться, что лишние уши не настраиваются на нашу волну.
– Как? Выход, наверное, тоже затопило.
– Спустишься в подвал. Спросишь себя, где пропал Ардок, он подскажет. Я проложила ход. Иди сразу после завтрака.
Она ушла. Не язвила, не унижала, просто ушла.
– Что-то не так, – заметила Натсэ.
– Простудилась? – пожал я плечами.
– Насморк? Кашель? Красные глаза? И потом… – Она волнующе приблизила губы к моему уху, привстав на цыпочки, и прошептала: – Маг Огня справляется с простудой на раз, при помощи одного заклинания.
– И что с ней тогда?
Натсэ пожала плечами.
– Не знаю… Может… Нет, не до такой же степени она дура.
Я не успел спросить, о чём говорит Натсэ: подошла наша очередь. Мы с Ямосом заплатили по два дилса, на рабов даже не посмотрел никто, хотя с Танна можно было содрать все четыре. Ну а чего он такой огромный?!
