Он бесцельно околачивался рядом с собачьим лазом. Внезапно из спутанной травы с шумом выскочил белый пес со своей рыже-палевой подружкой. Хотя вдалеке и были видны огни уличных фонарей, здесь, у забора, царила кромешная тьма, только собачьи глаза светились, как маленькие угольки, а из глоток вырывался грозный рык. Собаки явно шли в наступление. Ма Сун разозлился и подумал: неужели не только городские жители, но и городские собаки всех притесняют? В горах Трех ущелий он никогда не боялся собак. Там было много горных охотничьих псов – все острозубые, умные, быстрые. Они носились по лесам и оврагам, как молнии. Жители горных деревень держали их, чтобы охранять свои жилища и охотиться на диких зверей. Даже самые свирепые деревенские собаки любили Ма Суна, часто возились с ним, прыгая и ползая у него за спиной. Это и есть настоящие собаки, а здесь – просто какие-то игрушки для богатых хозяев. Ма Сун не стал дожидаться нападения, занес вверх ногу и вложил в удар всю силу, с какой только что колотил по забору. Впечатав белого в стену, он увидел, как тот с визгом соскользнул вниз. Палевая резко отскочила и остановилась поодаль, предпочитая наблюдать за происходящим с безопасного расстояния.
Белый лежал, неестественно изогнувшись, не в силах подняться на лапы. Ма Сун вытащил еду из пластикового пакета и принялся есть. Обглоданную кость он швырнул белому, грозно прикрикнув:
– Ешь, ублюдок! В следующий раз будь повежливей со мной, а то я так тебя отделаю, что без яиц останешься. Посмотрим, что тебе скажет твоя подружка!
Пес и впрямь присмирел и ждал, когда Ма Сун всё доест. А тот напоследок снова отвесил ему пинка:
– Проваливай-ка отсюда!
Только тогда пес захромал прочь.
Почувствовав острую необходимость в отправлении естественной надобности, Ма Сун удалился в травяные заросли. Выйдя обратно, он подумал, что рассвет, в конце концов, может быть и приятным.
Потом он пошел вдоль стены и, описав круг, почти добрался до больших въездных ворот в жилой комплекс. К этому времени аромат розовых цветов стал еще более терпким. Ворота уже были закрыты, в сторожке слева от них дремали двое охранников. Ма Сун не рискнул идти мимо охра ны через ворота, и вернулся обратно тем же путем.
Его пробирала дрожь – как и вчера, ночь была холодной. Хорошо, что у него появилась куртка! Он засунул обе руки в карманы. Вдруг его пальцы наткнулись на что-то твердое. Подойдя к фонарю, он вытащил из кармана блестящий предмет – это были наручные часы. Ма Сун видел такие в торговых центрах, куда из любопытства захаживал и рассматривал все, что заслуживало внимания. Часто он подходил к витринам, разглядывал разложенные в них товары, но цифры на ценниках кололи ему глаза, словно иглы, и он тут же отходил, покачивая головой и притворяясь, что его заинтересовало что-то еще. В конце концов он смущенно уходил, а продавщицы даже не трудились выйти из-за прилавков и спросить, чтó он желал бы купить.
По этой причине ему никогда не удавалось разглядеть часы как следует. Уходя, он брюзжал себе под нос: кто в наше время еще носит часы? Теперь он держал их в руках и удивлялся, какие же они тяжелые – совсем как кусок железа. Часы были элегантного синего цвета, глубокого, как морская вода. На крупном циферблате виднелись два маленьких кружочка; по ним с важным видом, но энергично вращались стрелки – одна потолще, другая потоньше и подлиннее. Ма Сун не мог не признать, что таким часам положено быть на запястье только у настоящих мужчин, которые вышагивают, распрямив спину и гордо подняв голову. Ма Сун подумал, что с его тощей руки часы будут сваливаться, поэтому решил отнести их потом в какую-нибудь мастерскую и укоротить ремешок. Может, в карманах куртки еще что-то спрятано? Он тщательно обшарил их, но ничего не нашел. И вдруг оцепенел. А где же его телефон?
При этой мысли он разволновался. Сам по себе его паленый черный телефон с цветной защитной пленкой не имел особой ценности, но в нем хранилась вся необходимая ему информация – телефоны Лао Моу, агентств по найму и по аренде квартир. А еще там были телефонные номера его родственников из Трех ущелий – домашний телефон матери и отца, телефон дяди из уездного центра, номер головастого Ма, который открыл ресторан… Где же теперь всё это искать?
Он понял, что оставил телефон в той мансарде. Нужно вернуться туда и найти его.
Непроглядная тьма рассеялась в мгновение ока. На фоне бледного рассвета еле видимые облака готовились дать рождение новому дню. В рощице проснулись птицы, но не пели пока, а только хлопали крыльями. Может быть, они потягивались после пробуждения? Утренний воздух был прохладным, но Ма Суна от волнения прошиб пот. Он быстрым шагом направился к знакомому особняку. Ему нужно было вернуться туда, пока не проснулись хозяева.