– Вот ты только и говоришь, что она гостиницу открывает, а откуда она раньше деньги брала, не говоришь! Не смей поступать как она! Я тебе все кости переломаю – поговоришь тогда у меня!
На следующий день после подобных ссор всегда шло общее примирение. Но мать Ли Юйся, боясь, что что-то случится, тайком позвонила в город, где обитал двоюродный брат, чтобы узнать у него, как продвигается дочкино дело.
В тот день он с командой своих подмастерьев был занят малярной работой – они получили хороший заказ. Обе его руки были при деле. Один из помощников взял его телефон, приложил к его уху. Так и проговорили они с сестрой.
– В этом деле, – сказал он, – тебе лучше не торопиться…
Затем он подумал и переспросил:
– Сестрица, о каком это деле ты говоришь?
Мать Ли Юйся задохнулась от гнева. Сердце у ней похолодело, и она сердито сказала:
– Ты гляди, Ли Юйся дала тебе такое серьезное поручение – жениха ей найти, а ты совсем позабыл, что ли, о ней?
Двоюродный брат был таким человеком: он много где побывал, а по поводу всяких дел любил клясться, что выполнит, но легко забывал о своих обещаниях. Не успела мать Ли Юйся договорить, как он уже рассыпался в клятвах:
– Да что это ты говоришь! Ну как я могу позабыть о своей племяннице? Я в последнее время только о ней хлопочу. Есть один человек…
Мать Ли Юйся радостно стала выведывать:
– Что это за человек? Что у него за фамилия?
Двоюродный брат на секунду умолк. А стоящий рядом помощник чуть не носом уткнулся прорабу в лицо. Тот ему быстро шепнул:
– А ну-ка подальше встань!
– Что-что? – спросила мать Ли Юйся.
Двоюродный брат тут же откликнулся:
– Ну, я говорю, он самый, мой подмастерье!
Заговорил он сразу быстро, легко:
– Это мой подмастерье, по фамилии Ма, родом он из Чунцина. Ремеслом занимается. Крыши класть умеет, плотник, маляр – на все руки мастер…
Мать Ли Юйся тут же возликовала и домой вернулась очень довольная. Вошла – и с порога крикнула, что хочет пить, забулькала чаем… Отец и Ли Юйся удивленно заметили, что она совсем не такая спокойная, как в обычное время. Тут-то она и начала говорить:
– Отец, у Ли Юйся жених появился.
Хоть Ли Юйся стояла сейчас перед ней, мать с улыбкой глядела отцу в глаза, будто новость была куда важней для семьи, чем для самой Ли Юйся.
Когда Ли Юйся спускалась с горного склона, и ноги ее увязали в траве и грязи, еще издали она заприметила, что у дома стоит, прислонившись к дверям, Хуан Гуйцзюй. Она спросила размеренно:
– Ли Юйся, ты нашла себе мужа?
Ли Юйся опустила корзину с травой.
– И вы узнали? – спросила она у соседки.
Прошло только три дня – а почти каждый житель Лунчуаньхэ проведал, что Ли Юйся замуж выходит. Они навещали ее и спрашивали, когда к ней приедет жених, Сяо Ма? Они называли его запросто, по имени, будто знали всю жизнь.
– Да кто ж его знает, – отвечала им Ли Юйся. – Я его в глаза не видала.
Хуан Гуйцзюй сложила руки на груди и с большим пониманием проговорила:
– Очень неплохо, что он подмастерье…
Больше она об этом не заговаривала, но спросила, не выпьет ли Ли Юйся с ней чаю. Та покачала головой и заявила, что нужно скорее вернуться домой – траву в хлеву постелить, а еще приготовить обед для семьи. Хуан Гуйцзюй помогла ей поднять корзину и только сказала:
– Ну что же, когда ты потом поедешь в Чунцин, привези мне оттуда бобового острого соуса, но настоящего – здесь всё подделки. Жаришь с ним овощи – а цвет не тот. Настоящий соус – ярко-красный, на поверхности у него масло должно блестеть.
Ли Юйся вернулась домой, начала жарить овощи и специально пошла посмотреть, какого же цвета бобовый соус в банке. Он и правда был тускловат. И Ли Юйся сама начала мечтать, как потом она купит в Чунцине настоящий бобовый соус.
Но наступил день Середины осени[51], а двоюродный дядя и этот Сяо Ма так и не появились. Раньше дядя говорил, что, конечно, привезет Сяо Ма в Лунчуаньхэ. Отец Ли Юйся приготовил пять цзиней кукурузной водки для гостя, чтобы его напоить, как тот приедет. Но на вопрос, когда ждать приезда, двоюродный материн брат нетерпеливо ответил, что, в конце концов, для него важнее не выдать замуж чужую дочку, а заработать со своими помощниками на пропитание. Ни в коем случае нельзя оставлять работу на полдороге и отправляться развлекаться в Лунчуаньхэ. Конечно, развлекаться тоже хочется, но денег-то тогда откуда взять? На это мать Ли Юйся не нашла, что ответить, только сказала, что на Новый год они должны приехать, во что бы это ни обошлось. Спору нет, не колеблясь ответил ей двоюродный брат.
Ли Юйся в глубине сердца нарисовала себе портрет Сяо Ма, которого прежде никогда не видела. Раз уж он из Чунцина, то говорит просто и решительно, а роста вряд ли высокого. На реке высокие люди редко встречаются. И уж точно он худ, причесывается на пробор, смотрит с легкой улыбкой и на вид поумнее, чем Сяо Гун.