— Две недели, — сказал Седой наобум.
— И ни дня больше!
Всё ещё не пришедший в себя Седой вышел на просеку в сосновом бору и привычно нырнул в уютное кожаное нутро своего «Мерседеса». Водитель сразу тронулся с места.
— Ну как, шеф? — спросил сзади Гена Сысоев.
— Увидим, — мрачно буркнул Седой.
И вдруг спросил:
— Откуда он всё знает? Про армян. Клыка?
Седой рывком повернулся к референту.
— Откуда, я тебя спрашиваю?!
Гена испуганно отшатнулся.
— Успокойтесь, шеф! Я-то при чём?
«Мерседес» вылетел из дачного посёлка, просев на амортизаторах, затормозил у магистральной трассы, дождался просвета и влился в поток идущих к Москве машин.
Через час тем же путём неслась «Вольво» Ивана Павловича. Перед магистралью водитель притормозил, но педаль провалилась, не включив тормозную систему. «Вольво» с ходу врезалась в «КамАЗ», слетела в кювет и загорелась.
— Авария на сороковом километре, — доложил через полчаса по рации инспектор ГАИ. — Три трупа. Похоже, лопнул тормозной шланг.
— Отлично справляетесь, молодец, — похвалил Верлинов. — Самое главное — абстрагироваться, не входить в конкретику. К тому же очистка общества от всякого сброда — дело безусловно полезное.
— Не надо об этом, — тихо попросил индуктор. — Я никак не могу привыкнуть…
— Хорошо, — сразу согласился генерал. — Сейчас вас отвезут на мою дачу. Поживёте, пока ремонтируется квартира. И сразу отметим новоселье. Жена рада?
— Не может поверить. — Индуктор чуть заметно улыбнулся. Верлинов решил, что это хороший признак.
Вальяжный господин с холёным барским лицом нервно ходил по кабинету. Два несчастных случая подряд не могли быть случайностью! Смерть ближайших соратников была кем-то блестяще организована. Но кем?
Он внимательно вспоминал события последнего времени. Неужели?.. Да, сомнений быть не может! И Иван Павлович, и Михаил Петрович собирались ликвидировать Верлинова. А тот всегда успевает нанести опережающий удар. Значит, это не миф…
Он задумался о своей судьбе. Если Верлинов разделался с отдельными, представляющими опасность личностями, то ему ничего не грозит. Если же он взялся за «теневой» кабинет, то уничтожит все существенные фигуры, а уж главную — в первую очередь!
В шкафу грудой сложены кожаные папки, дорогие записные книжки, красивые ручки. Их вручают на презентациях, симпозиумах, конференциях, которые хозяин кабинета посещает почти каждый день.
В одной ручке бесшумно включился встроенный прибор — инфразвуковой депрессатор. Тягучие волны ужаса затопили кабинет.
Господин потерял свою вальяжность, схватился за горло, глаза полезли из орбит. Тоска, безысходность и страх заполнили всё его существо. Жить дальше стало физически невозможно, выход заключался только в одном…
Стоящий у правительственного здания постовой милиционер услышал звон стекла и, подняв голову, увидел падающую с восемнадцатого этажа фигуру. Высота была значительная, и падение продолжалось достаточно долго, но завершилось, как обычно. С глухим ударом об асфальт закончилось существование одного из «теневых» правительств, которое, пожалуй, имело наиболее значительные шансы на достижение поставленной цели.
Под землёй ночь царит всегда. На глубине семидесяти метров длинный конусообразный снаряд полутора метров в диаметре медленно продвигался по уходящей вниз траектории. Мощная фреза легко перемалывала известняк и песчаник, вращающиеся вдоль корпуса спирали архимедова винта двигали снаряд вперёд, одновременно уминая размолотый грунт в стены образующегося туннеля. Траектория движения упиралась в точку инициирования, залегающую в ста десяти метрах от поверхности.
Земной шар поворачивался, подставляя солнцу одни участки поверхности и унося в ночную тень другие. Участок Каракумов, на котором недавно моделировалась пустыня Мохаве, всё ближе продвигался к линии, отграничивающей ночь от дня. Небольшой квадрат земли расцвечивался вспышками, всполохами огня, строчками зелёных и красных трасс.
В ночном бою побеждает тот, на чьей стороне внезапность. Но застать экспедицию врасплох не удалось, поэтому перестрелка продолжалась уже четыре часа. Инфракрасные прицелы «СВД» помогали снайперам находить цели, «шмель» сжёг два вездехода, четырнадцать пулемётных стволов изрядно проредили ряды атакующих.
Однако численный перевес нападающих сказывался, и, если бы не особая подготовка и выучка отряда охраны, всё было бы кончено. В первые же минуты боя убило повара Вову и дублёра Чена. Так и не протрезвевший Джек схватил с песка автомат и повёл огонь короткими, точными очередями.
Моджахеды и Исламское освобождение охватили лагерь кольцом, которое, несмотря на значительные потери, постепенно сжимали.
— Что им надо, как думаешь? — спросил Васильев, перезаряжая раскалённый автомат.
— Не знаю. — Старший «альфовцев» сплюнул. — Но это не случайная группа. Им нужны именно мы. Может быть, главная цель — плёнка…
