«Куда? — ломал голову подполковник. — Может, у него там поддержка армии? Если сможет найти точку опоры, то сумеет раскрутить всё в обратную сторону… Значит, надо подождать, как развернутся события…»
— Готовится большая «разборка», причём воры и группировщики будут заодно, — сообщил надёжный информатор оперуполномоченному РУОП Диканскому.
— С кем, где, когда?
— Пока не знаю. Может, с чеченами? А по месту и времени — позвоню, когда прояснится.
Диканский кивнул.
Возвратившись с места встречи, он установил наблюдение за Клыком, Седым и Крёстным.
Они появились неожиданно: мигающая белая и зелёная точки. Верлинов опустил руку на хронометр и, когда вертолёт проходил над ними, нажал кнопку отсчёта.
Огни остались позади. Сердце колотилось учащённо: время наступило и организм требовал необходимых действий, к которым был готов. Тактические затяжки его не интересовали. Верлинов закрыл глаза. В сплошной тьме он видел оставшиеся на сетчатке сигнальные огни, подтверждающие, что всё идёт по его плану. Йоговским дыханием успокоил нервы и привёл сердцебиение к норме.
— Разворот на обратный курс, — приказал он и, когда манёвр был выполнен, переключил хронометр: начался обратный отсчёт.
— Следуйте до Новороссийска, при отсутствии дополнительных команд возвращайтесь на базу, — сказал он. — Спасибо.
Верлинов снял переговорное устройство, надел вещмешок и распахнул люк. Вместе с тугой струёй встречного воздуха ворвался рёв двигателя. Он надел ласты и шапочку. Вертолёт шёл по прямой. Конечно, пилот засечёт момент, когда он спрыгнет. Но принятые меры предосторожности позволяют ему в том не признаваться: летели над берегом полчаса, люк был открыт — разве уследишь… Впрочем, мысли, обращённые в прошлое, становились всё слабее и слабее — генерал переключился на то, что ему предстоит. Самоспаеатель — очень ненадёжная штука: один из шести не срабатывает. Ему предстояло начать дальний путь с «русской рулетки», хотя семизарядный «наган» предоставлял лихим офицерам на один шанс больше.
Выдвинувшийся из хронометра стержень уколол запястье, и в тот же миг Верлинов спиной вперёд выпрыгнул за борт.
Перекрывая звёзды, мелькнула тень вертолёта, грохот превратился в исчезающий гул, от стремительного падения в бездну перехватило дух. С трудом удерживаясь вниз спиной, он откинул голову, нажал кнопку. С хлопком вырвалась наружу тончайшая — в несколько молекул — специальная ткань, раздуваемая газом, бьющим из химического патрона. Вначале ничего не произошло, потом подвесная система рванула тело, замедляя падение, наконец он повис в воздухе.
Продев руки между раздувшимися рукавами спасательного баллона, Верлинов занял устойчивое вертикальное положение и осмотрелся. Мигающий белый и ровный зелёный огни находились почти прямо под ним, ветер отсутствовал, видимость была отличной. Три семёрки бортового номера вертолёта принесли ему удачу.
Медленно стравливая воздух и маневрируя, Верлинов опускался к чёрному зеркалу моря. Когда до матово отблёскивающей поверхности оставалось несколько метров, он расстегнул замок и почти без всплеска вошёл в воду. Вынырнув, он собрал в комок ткань самоспасателя и поплыл к лодке. Попадающие на лицо холодные брызги показывали, что купальный сезон ещё не наступил.
Через несколько минут он постучал кулаком по клёпаной стали, тут же сверху опустилась верёвочная лестница, и начальник одиннадцатого отдела оказался на борту дизельной подводной лодки-носителя с серийным номером «У-762». Первая цифра Верлинову бы понравилась, вторая и третья — вряд ли.
— С прибытием!
Встретивший его человек протянул мозолистую ладонь. Верлинов машинально взглянул на часы: двадцать часов двадцать пять минут. В двадцать один ноль пять подлодка «У-762» пересекла государственную границу России и вышла в нейтральные воды.
На следующий день в штаб-квартиру одиннадцатого отдела прибыла целая комиссия. Главный военный прокурор, заместитель начальника военной контрразведки, замдиректора ФСК и десятка полтора офицеров военной юстиции — от капитана до полковников.
У них были постановления на обыск служебных помещений и арест генерала Верлинова. Исполнить удалось только первое. В секретном отделении личного сейфа генерала обнаружили проект приказа о назначении майора Межуева начальником отдела вместо подполковника Дронова.
Дронов, узнав об этом, изменился в лице.
«Копал под меня, сволочь! — решил он. — И довольно успешно!»
Сдавая комиссии ксерокопию плана провалившейся операции «Передача», Дронов подчеркнул, что непосредственно руководил ею майор Межуев, который являлся близким Верлинову человеком.
— И на хрена вам такой мудак нужен? — спросил прокурор.
— На увольнение, — скомандовал директор ФСК. — Всё, автономия кончилась! Будем наводить здесь порядок!
Он подумал и остановил взгляд на Дронове.
— Вы назначаетесь временно исполняющим обязанности начальника. А там посмотрим…
— Есть! — чётко ответил подполковник. Он знал, что первый шаг часто определяет все последующие.
