Следом о своей работе рассказал главный конструктор НИИ‑20 М. М. Косичкин. По его словам, создание радиоэлектронных средств комплекса шло успешно. Но уже на «бумажном» этапе разработки «Осы» была выявлена значительная нестыковка основных параметров ракеты и комплекса, что, в первую очередь, вылилось в увеличение его массы. Не справились с требованиями по массе и разработчики самоходного шасси «1040» – конструкторы Кутаисского автомобильного завода и специалисты Военной академии бронетанковых войск. К моменту выхода первого варианта «Осы» на испытания его масса превысила все установленные ограничения, и прежде всего связанные с транспортировкой на самолетах Ан‑12 и вертолетах Ми‑6. Но главные трудности оказались связаны с разработкой ракеты, которая выполняется в КБ‑82.
Не был преисполнен оптимизма и доклад разработчика ракеты А. В. Потопалова. Уже в самом начале работ разработчиками аппаратуры была почти вдвое превышена масса разрабатываемого для ракеты многофункционального блока с полуактивной ГСН. В результате им пришлось перейти на использование радиокомандного метода наведения. Значительно ниже оказались и характеристики двигательной установки ракеты. Почти 10‑процентный недобор энергетики потребовал увеличения массы топлива. Соответственно предстояло уменьшать массу боевой части ракеты. Тем не менее стартовая масса ракеты уже достигла 70 кг вместо заданных 60–65 кг. Чтобы выполнить требования технического задания, в КБ‑82 приступили к разработке нового двигателя.
В течение 1962‑63 годов на полигоне в Донгузе была выполнена серия бросковых пусков макетных образцов ракет, а также четыре автономных пуска ракеты с установленным полным комплектом аппаратуры. Положительные результаты были получены только в одном из них.
Если бы на этом совещании присутствовали разработчики «Маулера», они бы вздохнули с небывалым облегчением, как в случае с анекдотом о плохой и хорошей новостях. Первая на американский манер выглядела бы так: все сроки работ по «Маулеру» сорваны, а вторая – в СССР с «Осой» тоже одни неприятности…
В те месяцы разработчиков «Маулера» также неоднократно вызывали на всевозможные доклады, жестко спрашивали, требовали скорейших результатов, впрочем, не забывая при этом сообщать в журналах об очередных успехах. В конечном же счете, в июле 1965 года, после того как было выполнено 93 пуска и затрачено более 200 млн дол., от «Маулера» окончательно отказались. Но к тому времени подложенная «дохлая кошка» уже привела к результату, правда, совсем не к тому, на который могли рассчитывать за океаном.
После совещания у Смирнова решением Комиссии по военно‑промышленным вопросам руководителей разработки «Осы» строго предупредили о персональной ответственности за допущенный ими срыв сроков. Одновременно с этим была создана комиссия во главе с начальником НИИ‑2 ГКАТ В. А. Джапаридзе, которой предложили оказать необходимую помощь разработчикам. В состав этой комиссии включили Расплетина и Грушина.
Грушину не потребовалось много времени, чтобы разобраться в сути проблем, с которыми столкнулся Потопалов. Но гораздо сильнее его тогда волновал иной вопрос – как же должна была выглядеть такая ракета, чтобы удовлетворить заданным характеристикам? Информация о разработках за рубежом комплексов «Маулер», «СиКэт», «Кактус», который французы разрабатывали для ЮАР, английской «Рапиры» говорила сама за себя. Подобное направление в разработках зенитных ракет получало все более приоритетное развитие.
Соответствующее задание получил от Грушина и проектный отдел: проанализировать все имеющиеся зарубежные материалы и дать свои предложения по разработке подобной ракеты. И оказалось, что для того чтобы удовлетворить всем предъявляемым требованиям при использовании имевшихся в распоряжении материалов и технологий, 9МЗЗ должна была иметь массу не менее 100–115 кг. Эти значения и были приняты Грушиным за исходные при последующем проектировании.
В конце зимы 1964 года в бригаде проектов появилась первая компоновка новой ракеты.
– А ракетка‑то получается что надо, – так шутливо отреагировал Грушин после ее пристального рассмотрения и тут же отдал распоряжение об изготовлении ее модели и модели пусковой установки.
Вскоре модель самоходной установки с ракетами на направляющих была готова, и Грушин немедленно продемонстрировал ее Расплетину, Джапаридзе и всем остальным членам комиссии.
