Пять континентов любви полностью

Пока Олимпия поднималась, руки у нее вспотели, а собственный рюкзак показался слишком жалким и нелепым для столь изысканного места. Она заставила себя успокоиться. В конце концов, ее пригласили, и ей не придется коротать время в одиночестве.

Лифт остановился, и она сразу увидела нужную ей компанию. Терраса поражала своим великолепием – в середине располагался бассейн, а красивые фонари испускали мягкий свет. Казалось, она перенеслась в декорации к фильму Вуди Аллена. В углу, у каменной балюстрады, откуда можно было наблюдать весь бульвар Пасео-де-Грасия, стоял мексиканец и махал ей рукой. Его окружали приятели – и уже знакомые по Кадакесу, и несколько новых.

Когда она подошла, Эдгар расцеловал ее в обе щеки.

– Заметила? Я уже не путаюсь в обычаях, здешний мне нравится больше. Зачем довольствоваться одним поцелуем, если можно получить два? Пойдем, я тебя представлю.

Приветствия и имена сыпались с такой же скоростью, как на вечеринке у Гудрун, и точно так же, как тогда, Олимпия не запомнила почти ни одного. Воспоминание о датчанке тоже мешало сосредоточиться.

– Иди сюда, что будешь пить?

На столе стояли три бутылки шампанского и ведерко с охлажденным пивом. Олимпия взяла пиво и начала пить прямо из горлышка.

– Потом скажешь, сколько с меня, – бросила она, смущенная тем, что заявилась на эту частную вечеринку, не вложив ни цента.

– Не беспокойся, все уже оплачено. Дядя Диего – близкий друг владельца отеля, он организовал этот вечер в честь нашего приезда в Барселону.

– Вау! Тогда спасибо большое. Кажется, полезно иметь друзей даже в аду.

– Уж там-то особенно, – подмигнул ей мексиканец.

Затем он начал рассказывать, как они с друзьями провели первые дни в Барселоне – какие достопримечательности успели посмотреть, какие экскурсии наметили на будущее, когда собираются просто поваляться на пляже…

– А ты? – поинтересовался он. – Какие планы у тебя с твоим парнем?

Олимпия, нахмурившись, бросила на него удивленный взгляд:

– У меня нет парня…

– Вот как? Я думал… просто мне показалось, когда мы виделись в Кадакесе, что ты слегка витаешь в облаках, и я решил, что у тебя кто-то есть. Прости.

– Не за что прощать: я действительно скучала по одному человеку. Но это вовсе не мой парень. Это… подруга. – Олимпия успокаивающе улыбнулась ему и пригубила пива. – А как твой проект?

– Замечательно! Не хватает всего одного актера, и все, можно приступать к съемкам. Я же рассказывал, правда? Идея снимать вертикальное видео…

– Да, что-то такое говорил, – произнесла Олимпия, не желая признаваться, что ничего не помнит.

– Это будет история любви. Эпическая, современная, она станет своего рода символом нашего поколения.

– Это про тех, кто может себе позволить вечеринку на этой террасе, или про тех, кто гуляет внизу? – с иронией полюбопытствовала Олимпия.

– Про всех! Будто любовь разбирается в финансах… Сердцу не важно, гость ли ты, пьющий пиво, или официант, разливающий его. Фитиль вспыхивает, и – бам! Ничто другое уже не имеет значения. Поэтому люди и совершают все эти безумства, даже если им приходится отказываться от своих принципов.

– Хлипкие, значит, принципы, если они не выдерживают даже одного романа!

– Напротив: подумай, какой кошмар – иметь принципы, которые тверды даже тогда, когда любовь доказывает их несостоятельность! Тебе так не кажется?

Олимпия с притворно-серьезным выражением лица ответила:

– Прежде всего, хотелось бы точно понимать, какие у меня принципы.

– Большой плюс, что мы молоды, успеем еще их изменить!

– Еще пива?

Вечер продолжался под разговоры, смех и выпивку. Время от времени к беседе присоединялся кто-нибудь из друзей Эдгара. Латиноамериканский акцент мексиканца всегда казался Олимпии милым, но после нескольких бутылок пива стал представляться уже очаровывающим. Тем не менее одной этой мысли было достаточно, чтобы девушка поняла, что хватит алкоголя и пора переходить на газировку.

Эдгар не отходил от нее весь вечер. Он рассказал, что прежде в Мексике у него была подруга, которая всячески поддерживала его мечту работать в кино. Фактически именно она уговорила его отправиться в Испанию.

– Но мы порвали за два дня до моего отъезда, прикинь? Мы оба знали, что придется терпеть слишком много ограничений, если я перееду за океан.

– То есть ты не веришь в отношения на расстоянии?

– Я не верю, что сам способен на такие отношения, – ответил он. – А ты? Тебе приходилось переживать нечто подобное?

Олимпия пожала плечами и отвела взгляд, словно не придавая значения своему ответу:

– Ну, мне кажется, будто один раз я была влюблена.

– Это не может казаться! Ты твердо знаешь, что влюбилась и нет пути назад. Нет никакой паузы, когда ты успеваешь испытать сомнения. Даже если все происходит против твоей воли… Можешь себя обманывать сколько угодно, но в глубине души ты понимаешь, что все уже случилось и, если повезет, твое сердце не будет разбито.