ОН умеряет эмоции. Размышляет — стараясь делать это спокойно. О том, что остатки душ всех этих людей — слабые отзвуки, разбросанные по Реальности — можно собрать воедино. Трудно, но можно. Можно даже вернуть им тела, точно те же, собрав рассеявшиеся по их Миру атомы и молекулы. Ещё труднее, но тоже можно. Воскресить призраки — и воздать им огнём за огонь. А можно, не мудрствуя лукаво, найти их потомков — те тоже несут след предков в телах и душах…
Мимолётно думает: Дарящая наверняка простила своих палачей. Пронзающий прощать не привык.
Ну наконец-то! — толпа облегчённо вздыхает.
От берега, от причалившей большой барки, к ним поднимается группа людей, одетых куда богаче прочих собравшихся. Поблёскивает золотое и серебряное шитьё, сверкают бриллианты на дамах… Дождались. Скоро начнётся.
Взгляд привязанной к столбу женщины устремляется к вновь прибывшим — и уже не отрывается от них. Там, опираясь на руку человека в алом капитанском мундире, идёт девушка. Глаза её затуманены — кажется, что девушка не видит ничего перед собой. Так оно и есть…
Индейская колдунья Наимсуигок («Дарящая Свет») облегчённо вздыхает. Смерть не страшит её. Но не хочется умирать, не передав своего дара. Дар пришёл к ней давно. Дар
Она знает, кому передаст всё. Дочери. Пусть та отреклась от имени и от предков, пусть шею её давит цепочка креста, а рука опирается на локоть Рейнольда Поллака, убийцы в расшитом капитанском мундире — именно он руководил облавой на «ведьму Гудзона» в неприступных скалах Таппан-Зее…
Пусть…
Получит дар — и станет иной.
Женщина полностью сосредоточена на том, как передать свой дар. И не
…Пастор ван дер Гроодт отходит от костра, сокрушённо покачивая головой: ведьма понимает и по-голландски, и по-английски, но лишь смеётся на предложение умереть во Христе. Губернатор ван Твиллер подаёт знак. Четверо мужчин подходят к костру с четырёх сторон — их факелы горят чадно, пламя в этот солнечный день кажется тусклым и холодным. Но прослойки сухого хвороста, разделяющие слои брёвен, вспыхивают дружно и жарко.
И тут…
Тут что-то странное происходит с людьми, с призраками людей. Они недоумённо оглядываются по сторонам и смотрят друг на друга. У всех ощущение — будто вниз по хребту им провели чем-то холодным и острым.
Они не знают, что сквозь время и пространство услышали рык Князя Ста Имён.
ОН рычит — и Реальность содрогается от ЕГО рыка. На картину прошлого, созерцаемого Нерожденными, наползает паутина трещин.
— Найди. Воскреси, — отвечает Базарга словами. — Но сейчас сделай милость: заткнись! Из-за твоих воплей мы ничего не увидим! Ты похож на смертного малолетнего мальчишку, утопающего в соплях лишь оттого, что его мать насилует ландскнехт, заглянувший в дом попросить кружку воды!
Сокрушающий смолкает, поражённый. Впервые — за всю Вечность их знакомства — зверь обращается к НЕМУ подобным образом. Тон, сравнения… Никто и никогда не смел говорить так с Князем Ста Имён.
Найти достойный ответ ОН не успевает.
Губернатор ван Твиллер слывёт гуманистом. «Ведьма Гудзона» осуждена на милосердную смерть от быстрого огня — верхние слои брёвен не вымочены в воде, вспыхивают быстро. Ведьма через две-три минуты задохнётся в дыму — и не будет, в отличие от казнимых медленно, видеть и ощущать, как медленно обугливаются её ноги в жаре, сочащемся сквозь сырые брёвна.
Сквозь дым и пламя Нерожденные
И тут же, одновременно — другая молния! Жёлтая! Откуда-то со стороны.
Молнии скрещиваются. Всплеск энергии от двух столкнувшихся Сил ощущается даже сквозь череду столетий. Картинка давно умершего мира мутнеет и становится полупрозрачной.
Князь и Базарга не в силах больше удерживать видения давно минувшего. Сквозь рассеивающиеся призраки людей и деревьев медленно проступают черты настоящего, сегодняшнего Мира. И Князь смотрит на них с мрачной и холодной неприязнью. Дольше всего на фоне усеянных окнами каменных громад виден призрак костра и призрак корчащейся в Дыму женщины. Когда длинные, чёрные с проседью волосы вспыхивают, — призраки исчезают.
Коп стоит неподвижно, заложив руки за спину. Глаза прикрыты тёмными очками. У ног сидит собака — намордник снят, с клыков тягуче капает слюна.
