— Да нет… Сказала: всё в порядке. И быстренько увела разговор в сторону. Но тут всё дело в том,
Доктор на протяжении последних фраз о чём-то напряжённо размышлял, нахмурив лоб. Потом спросил:
— Но, как я понял, амнезию мальчик вызывает не у всех окружающих?
— Помню, — неохотно подтвердила Света. И ещё более неохотно добавила: — Зато я начала забывать многое другое. И вспоминать…
Пробиркин смотрел удивлённо, но больше Света ничего не добавила. Не стоит рассказывать о ложных воспоминаниях, лезущих в голову. И о чужих снах.
Она быстро, пока Доктор не стал задавать ненужные вопросы, сказала:
— Вчера я видела его, Тамерлана. Он выходил из Старого дома — по всему судя, спустя считанные секунды после того, как ты рассёк палец. И, мне кажется, именно тогда же всё и произошло с СВ.
— Может, случайность? — неуверенно сказал Пробиркин. — Меня он, по крайней мере, под локоть не толкал. Даже в ту комнату, где я Ленку стриг, не заглядывал. Просто рука с бритвой дрогнула. Бывает…
— Разные бывают случайности, — легко согласилась Света. — Но тебе не кажется, что вокруг Тамерлана случайности роятся? Причём происходят не с ним. С другими. Я уверена — мы с тобой ещё далеко не всё знаем.
— Я слышал про людей, в присутствии которых гораздо чаще ломаются всевозможные приборы, — вспомнил Пробиркин. — Лампочки постоянно перегорают, компьютеры зависают и тому подобное… Причём всё это не подчиняется воле уникума. Само собой происходит. И ничего тут не сделаешь, единственный выход — держать их подальше от техники.
— Тут не тот случай. Когда в присутствии человека начинают
Доктор посмотрел на неё с удивлением.
— Ты что, хочешь, как Святая Инквизиция, — раз, и… — Конец фразы он заменил характерным жестом — словно что-то кому-то откручивал.
Теперь удивилась Света.
— Серёжа… Я лишь предлагаю понять, с чем мы имеем дело. И — помочь мальчику от этого избавиться.
— И с чем же, по твоему? И — как избавиться?
— Мне кажется, в него вселилось
Сергей долго и недоумённо смотрел на неё. И не мог понять, шутит Света или нет. Когда понял, что места шуткам тут не осталось, решительно кивнул головой:
— Я считаю то же самое. Но… Просто… Боялся сказать. Думал — решишь, что я того… — Он повертел пальцем у виска.
— Мы оба «того», Серёжа, — обречённо сказала Света. — Давай подумаем, как можно вылечиться. Расскажи, пожалуйста: как изгоняют из людей засевшие в них сущности? Не в дебиловатых сериалах и фильмах, а в источниках, которые ты считаешь хоть немного заслуживающими доверия? Молитвы? Библия? Святая вода?
— Насколько я понимаю, дело не в произносимых словах, и не в используемых предметах… Изгоняющий должен свято верить, что внутри одержимого сидит бес, изгнать которого ему по силам. Святая вода или молитва поддерживают и усиливают эту веру, не более…
Слова Пробиркина совпадали с мыслями самой Светы. Молитв она не знала, икон или даже нательного крестика не имела. Томик Библии стоял, правда, на книжной полке — но она сомневалась, что книжица, изданная баптистами за границей и бесплатно раздаваемая у станций метро, сможет усилить её веру… То же относилось к иконкам и прочим аксессуарам схожего плана, которые наверняка можно купить в любой церковной лавочке…
Святая вода как-то вызывала у Светы большее доверие.
10 августа, 11:30, лесная дорога
«Уазик» наконец завёлся.
Вершинин вылез из кабины, захлопнул капот и старательно вытер руки тряпкой.
Очередная проблема с зажиганием была успешно решена, но отняла у старшины почти два часа. А он и без того не поехал в «Бригантину» напрямую, попытавшись сделать круг лесными дорогами и срочно отправить обратно в лагеря всех встреченных игроков в «Зарницу».
Как и многие другие благие намерения, привело это к результатам противоположным — зажигание накрылось. В итоге сидевший без телефонной связи Боровский, начальник «Бригантины», так и остался непредупреждённым.
