Пятна на солнце полностью

Взяв с собой бойцов и Маленкова, он быстро исчез среди деревьев. Прошло минут тридцать. Сорокин встал с земли и посмотрел на наручные часы. По его расчетам группа должна была уже вернуться обратно. Какое-то непонятное предчувствие охватило его.

— Всем встать, приготовить оружие к бою, — приказал он.

Раздалась длинная пулеметная очередь. Пули, срубая ветки с низкорослых деревьев, запели над головами бойцов. Один из них схватившись за грудь, медленно повалился на снег. На его белом маскировочном халате появились алые пятна. Стало ясно, что их группу обнаружили немецкие разведчики. Сорокин, заметив выглядывающего из-за дерева немца, плавно нажал на курок автомата. Диверсант вскрикнул и вывалился из-за дерева.

— Сдавайтесь! Вы окружены, — закричал кто-то из немецких диверсантов. Не раздумывая, Александр выстрелил на звук. Стрелковые курсы, что он закончил с отличием перед самой войной, дали свои результаты. Немец громко вскрикнул в кустах, которые находились в метрах пятидесяти от него. В ответ гитлеровцы открыли ураганный огонь из пулеметов и автоматов. Они явно спешили разделаться с ними как можно быстрее, чтобы успеть перехватить литерный состав: двигаться к железнодорожному разъезду, когда в затылок дышит оперативная группа НКВД, было смертельно опасно. Пули стучали по деревьям, срезали ветки, и в этом шквале свинца было трудно остаться невредимым. В группе Сорокина появились убитые и раненые. Вдруг стало тихо. Сорокин приложил к глазам бинокль и стал разглядывать местность, откуда немцы вели огонь: он увидел Бурденко, который сидел со связанными руками под деревом. Около него стоял немец в маскировочном халате и что-то ему говорил. Затем, схватив его за шиворот, он помог ему встать на ноги и, толкая стволом автомата, повел его в их сторону.

Бурденко встал около сосны. Его маскировочный халат был порван, на лице запеклась кровь. Рядом с ним стоял немец.

— Капитан Сорокин! — громко прокричал младший лейтенант. — Вы меня слышите? Я предлагаю вам сдаться. Немцы обещают всем сохранить жизнь. Вы им не нужны!

— Слушай меня, Бурденко! Передай им, что они находятся в тылу наших войск. До линии фронта далеко, и шансов у них уйти живыми обратно, нет. Это я предлагаю им сдаться, а иначе все они будут уничтожены.

Возникла минутная пауза. Сорокин протянул руку и придвинул к себе винтовку убитого бойца. Передернув затвор, он начал целиться в немца, который, стоя около Бурденко, что-то ему говорил, а затем немец, ударил его автоматом в спину. Офицер согнулся от удара и повалился в снег. Поймав в прицел немца, Александр плавно нажал на курок: ноги гитлеровца подкосились, и он грузно упал на снег. Воспользовавшись этим, Бурденко бросился бежать в их сторону. Когда ему оставалось буквально несколько метров, пулеметная очередь перерезала его пополам. Снова началась перестрелка.

— Прикрой меня огнем, — попросил Сорокин, обернувшись к своему сотруднику.

Александр, вскочил на ноги и пулей устремился вперед. Он успел пробежать метров пятнадцать, прежде чем немцы открыли по нему плотный автоматный огонь. Снег у его изголовья закипел от пуль. В ответ раздался мощный ружейно-автоматный огонь со стороны бойцов его группы. Он снова вскочил на ноги и побежал, утопая по колено в рыхлом снегу. Теперь между ним и немцами было метров тридцать. Он лег на спину и, расстегнув маскировочный халат, достал из кармана две гранаты. В стороне от него, не умолкая, бил немецкий пулемет, не давая ему возможности поднять голову.

«Сейчас я тебя достану», — подумал Сорокин.

Он сорвал чеку и швырнул гранату в сторону пулеметчика. Раздался взрыв: пулемет замолчал. Этого было вполне достаточно, чтобы он вскочил на ноги и швырнул вторую гранату в сторону немцев. Очередной взрыв потряс лес. Когда дым рассеялся, Сорокин увидел, что прямо на него, зажав руками окровавленное лицо, движется немецкий разведчик. Его белый маскировочный халат был порван и заляпан пятнами крови. Капитан застрелил диверсанта. Теперь инициатива перешла к его группе. Под прицельным и плотным огнем русских, гитлеровцы стали отходить в глубь леса.

— Останься с ранеными бойцами, — приказал Сорокин, офицеру. — Я возьму с собой трех человек, и мы попытаемся догнать отходящих немцев.

Он нагнулся и поднял немецкий автомат.

— Возьмите только боеприпасы, — приказал он своим бойцам.

Забрав у убитого немца магазины с патронами, они двинулись по следам диверсантов. Судя по крови на снегу, двое из них были ранены. Сорокин и бойцы шли довольно быстро, и вскоре среди стволов деревьев замелькали спины немецких диверсантов. Замыкали эту цепочку два человека, которые под руки вели раненого. Сорокин оглянулся: идущие вслед за ним бойцы отстали от него метров на сто.

«Далековато, — подумал он. — Если остановиться и подождать своих, то можно потерять немцев из виду, и тогда они непременно устроят засаду. Нужно бить их сейчас, пока они его еще не обнаружили».