– Да, но тем самым я создал новую проблему, – продолжил Гидеон. – Видишь ли, жители деревни терпеть не могли моего дядюшку, и только эти двое соглашались его обслуживать. Теперь, когда они в Мило, за тобой некому приглядывать, по крайней мере ближайшие два-три дня, пока Франсуа не вернется.
– Пусть это тебя не волнует, дружище, – сказал я со смехом. – Поверь, я привык сам за собой ухаживать. Если в доме есть еда, вино и горячий очаг, уверяю тебя, со мной все будет в порядке.
– С этим нет проблем, – заверил он меня. – Кладовая забита продуктами, а в закутке для охотничьих трофеев ты найдешь оленью ногу, половину кабаньей туши, фазанов, куропатку и развешенных диких уток. Погреб у покойного дяди на славу, так что вина тебе хватит, а еще там хранятся корни каштана и сосновые полешки для камина. А компанию тебе составят домашние животные.
– Домашние животные? Это какие же? – заинтересовался я.
– Песика звать Агриппа[53]. – Гидеон рассмеялся. – А также огромная глупая кошка Клер-де-Люн[54], сокращенно Клер, клетка с канарейками и разными прочими щеглами и очень старый попугай Октавий.
– Натуральный зверинец! Хорошо, что я люблю животных.
– Нет, правда, Питер, ты уверен, что справишься? – Гидеон пронзил меня своим испытующим взглядом. – Кажется, я взваливаю на тебя непосильную ношу.
– Ерунда, – отмахнулся я. – Для чего еще нужны друзья?
Снег уже валил и вихрился так, что дальше метра-двух за лошадиными ушами ничего не было видно. Мы въехали в одну из узких лощин реки Горж-дю-Тарн. Слева над нами буквально нависали черно-бурые скалы в снежных проплешинах. Справа от узкой дороги земля уходила под откос метров на двести в другую лощину, и там, за колышущимся на ветру снежным занавесом, порой проглядывала зеленоватая река с осыпавшимися камнями, покрытыми снегом и коркой льда. Дорога была ухабистая, подмытая талой водой и местами обледенелая, из-за чего лошадь поскальзывалась и сбавляла ход. Однажды случился небольшой обвал, и груда снега с шипением упала на дорогу прямо перед нами. Лошадь так испугалась, что ее не сразу удалось усмирить. Нескольких страшных мгновений я думал, что мы все полетим кубарем вниз по склону и свалимся в реку. Но в конце концов Гидеон таки совладал с лошадью, и мы медленно повлеклись дальше.
Со временем лощина немного расширилась, мы свернули за угол, и перед нами выросла диковинная громада дома, принадлежавшего покойному дяде. Строение было на редкость странное, поэтому я постараюсь описать его в деталях. Дом стоял на громадной скале, вырастающей из русла, то есть как бы на островке в виде равнобедренного треугольника. Скалу соединял с дорогой старинный и массивный каменный мост. Стены дома, казалось, уходят вниз до самой реки, но, когда мы одолели мост и миновали высокую арку под охраной мощных дубов, стало понятно, что стены воздвигнуты вокруг довольно большого, мощенного булыжником двора, в центре которого был пруд с фонтаном. Последний изображал дельфина, поддерживаемого херувимами, и вся эта конструкция покрылась блестящим льдом и свисающими сосульками.
Выходящие во двор многочисленные окна, словно решеткой, покрывали свисавшие с карнизов длинные сосульки. Сидящие между окнами жуткие горгульи, одна страшней другой, изображали разных представителей фауны, известных и неизвестных науке, и все они следили за тобой из этакой снежной засады. Когда Гидеон затормозил экипаж возле парадной лестницы, из дома донесся собачий лай. Мой друг открыл дверь большим ржавым ключом, и тотчас выскочила собака, громко лая и радостно помахивая хвостом. Большая черно-белая кошка проявила осмотрительность и не стала выходить в снеговерть, она просто выгнула спину, стоя на пороге, и замяукала. Гидеон помог мне внести вещи в мраморный холл, откуда красивая лестница вела на верхние этажи. Все картины, зеркала и мебель были накрыты чехлами.
– За чехлы извиняюсь, – сказал Гидеон. Мне показалось, что стоило ему перешагнуть порог, как он сделался нервным и беспокойным. – Я собирался их снять сегодня утром, но не успел из-за всех этих передряг.
– Не беспокойся, – сказал я, занявшись песиком и кошкой, которые соперничали за мое внимание. – Мне же не нужны все комнаты. А какие понадобятся, там и поснимаю.
– Да, конечно, – согласился Гидеон, нервно ероша волосы. – Твоя постель приготовлена… а спальня на втором этаже… как по лестнице поднимешься, налево. Пойдем, я тебе покажу кухню и погреб.
