- Пару десятков лет назад он был достаточно хорош и оригинален, сейчас же пишет длинно и предсказуемо, интервью у него получаются гораздо лучше нынешних книг, видимо, запас ответы еще с прежних времен. Я, наверное, сейчас несколько высокомерен и резок в суждениях, но уж если взялся судить...
- Будь слеп, руби и взвешивай.
- Как вы воспринимаете свою писательскую деятельность, для вас это работа или все-таки хобби?
- Если подходить формально, то конечно это моя работа, нос дугой странной...
- Писательство - это не работа, это труд! Работа имеет масштабы, сроки - труд безграничен. Любое искусство требует любви к безграничному - к труду - и к самому искусству!
- А помните первую строчку или фразу, которую вы написали?
- Нет, разумеется, нет. Помню, что начал я со стихов в самой еще юности. Это было несколько стихов, написав которые я почувствовал себя гением. Начинающим, все-таки начинающим, но гением. Перечитав через два месяца, я устыдился, ужаснулся даже, что причастен к этому, и понял одну вещь: когда ты что-то написал, это еще не значит, что ты написал что-то.
- Вы сказали, что когда-то писали еще и стихи, не кажется ли вам, что современные поэты уделяют слишком много внимания форме, несколько в ущерб содержанию?
- Форма есть надсемантическое содержание, так что говорить об отсутствии содержания при наличии формы не совсем оправданно, и это относится не только к книгиням...
- А что значит "надсемантическое"?
- Не знаю, умные слова существуют не для того, чтобы их говорить, а для того, чтобы их слушать.
Чари снова вошел в свой эскапический транс, проповедуя и неся истину.
- Поэзия - взгляд изнутри, проза - взгляд со стороны. Поэзия - выше, проза - дальше! Поэзия ближе к Богу, через поэзию можно почувствовать Бога! Но увидеть его можно только в прозе. Все поэты - наружу, даже если внутрь, то видно, что привыкли наружу. Прозаики - внутрь, даже если наружу, то видно, что привыкли внутрь.
- Про писателей иногда говорят, что они исписались, то есть пишут ниже того уровня, на котором писали раньше. А вы не боитесь исписаться?
- Нет, знаете, не боюсь...
- Многие писатели как раз после этого и стали популярны.
Беспощадный Тэвери пил остывший чай маленькими глотками.
- ...один из главных инструментов писателя - воображение! Сейчас расскажу один забавный факт. Знаете, существуют такие тесты Роршака, где люди угадывают что-нибудь на непонятных черно-белых картинках, так вот, на девяти картинках из десяти я увидел то же, что обычно видят шизофреники. Правда, есть у меня небольшая надежда, на одной картинке я увидел то, что обычно видят маньяки.
- Как интересно, я даже уже вас побаиваюсь. В одном из ваших итервью вы сказали, что любите обсуждать недостатки ваших книг, по-моему, достаточно редкое качество для автора. Вы что-нибудь извлекаете для себя из этих обсуждений?
- Да, знаете...
- Я вообще люблю поговорить о том, чего нет, как вы уже, наверное, поняли.
- И не нужно приписывать мне моих интервью.
Мы с Тэвери рассмеялись.
- ...иногда мне кажется, что все хорошие книги - это всё одна книга, переписанная разными талантливыми людьми по-своему.
- Со своей стороны могу сказать, что несколько глав в этой книге определенно принадлежат вашему перу. Когда я готовилась к нашему интервью и собирала информацию из разных источников, у меня сложилось впечатление, что вы достаточно закрытый человек и что вход к вам заколочен почти наглухо, так ли это?
- Нет, вход вообще не заколочен, огромный проход без ворот, без замков, просто найти этот вход действительно непросто.
- Да еще и не ищет никто.
- Но живете вы в одиночестве и на люди показываетесь редко, насколько мне известно?
- Существует около ста вирусов, вызывающих насморк, и около десяти миллиардов людей, вызывающих мизантропию, так что без хорошего иммунитета на улице лучше не показываться. Знаете, я как-то всегда старался отгородиться от дел, от людей, чтобы не мешали жить и писать, но одновременно с этим всю жизнь мечтал, чтобы мне кто-нибудь все-таки помешал, вошел в мою жизнь. Но этого не произошло.
- Интервью с писателем - это как чтение аннотации вместо самой книги.
- Как владелец ресторана, ужинающий салатиками в полиэтиленовых коробочках.
- Но вы же были трижды женаты?
- Да, три глупых скоротечных брака, три мгновения, после каждого из которых оба моих стремления: и к совместной жизни, и к уединению, - только усиливались, становились острее и невротичнее. Я вообще думаю, что вся сущность таланта заключается в умении распознать в жизни единство и борьбу противоположностей.
- А вы верите в любовь с первого взгляда?
- Я верю в Любовь с первого слуха. С первого взгляда тоже бывает, но реже и не так надежно. А вот когда первый раз услышишь: тембр, манеру, произношение, движение глаз и мысли в них, - вот здесь бывает нечто такое.
- А что на ваш взгляд главное в женщине, ум, красота, верность, еще что-то?
- Знаете, я не в бутыле Арамиса...
- Хороший вкус, я думаю, наверное, это самая собирательная из человеческих характеристик.
