– Мне кажется, мы не тому противостояли, – сказал он. – Глеб – просто пешка.
Из кабинета вышел высокий мужчина в коричневом костюме. Он приостановился возле них, чтобы поправить значок донора. Вслед ему из кабинета глядела уже знакомая Рите медсестра Клавдия.
– Шарова! Ну где ты есть? У нас минуты расписаны!
Рита попрощалась с приятелями и поспешила на процедуру. Чем ближе она подходила, тем сильнее шумело у неё в ушах. Лёгкие начинали работать более интенсивно, точно готовя её к охоте. С порога Шарову пригласили в процедурную. На этот раз кроме неё вливание не делали никому.
Расположившись в кресле, пиявица натянула рукав своего безразмерного свитера повыше. Кончики пальцев дрожали от предвкушения, но она пыталась держать себя в руках. Запах крови дополнительно распалял желание и породил в голове бесхитростный план. Нет, сегодня она не просто пришла на переливание.
Клава оттянула с пояса резинку с ключами, извлекла из холодильного шкафа бутылочку с ароматной кровью и начала обрабатывать локтевой сгиб смоченной в спирте ваткой. Ключи болтались прямо перед ладонью Шаровой.
Та вытянула пальцы и ухватилась за резинку. Провернула кольцо, ещё немного и…
Медсестра наклонилась, пытаясь вонзить иглу, а ключи остались в руке Риты.
– Вот так. Что, больше не боишься уколов? – спросила Клавдия.
Шарова не ответила. По венам уже бежало наслаждение, практически стирая сознание и превращая её в наполняющийся жизнью сосуд. Сосуд, предназначенный для стратилата. Мысленно пиявица взывала к Валерке, но тот молчал. Рита знала, что дразнит его, однако не могла ничего с собой поделать – природа пиявицы заставляла её кормить Валерку. И если уж она не могла сделать это так, как делают другие пиявцы, то решила сделать иначе.
С этими мыслями Шарова поднялась с кресла и вместе со штативом капельницы подошла к шкафу. Нужный ключ вампирша подобрала с первой попытки. Поворот, второй, и вот перед ней пара десятков поблескивающих стеклом бутылочек с кровью. Она взяла одну, поколебалась, потом подхватила вторую, сунула склянки под пояс собственных джинсов, накрыла огромным свитером, захлопнула холодильный шкаф и вернулась на место.
Внутрь заглянула медсестра. От двери Клава оглядела пол, посмотрела на шкаф для хранения крови, затем как-то испытующе зыркнула на Шарову. Должно быть, искала ключи. Когда створка закрылась, Рита хохотнула. Теперь вешать связку обратно не следовало. Можно было просто бросить их ей в карман халата. Решив так и поступить, пиявица прикрыла глаза и отдалась стирающему все тревоги вампирскому блаженству. В гипнотическом трансе удовольствия Шарова словно увидела под потолком гигантскую алую бабочку, точно вспыхивающую светом при каждом взмахе своих огромных крыльев.
Первое, что ощутил Игорь Корзухин, войдя в собственную квартиру – страшная вонь. Казалось, испортилось не просто что-то в жилище, а само оно погибло и теперь очень быстро разлагалось. Лампочка на выключатель не реагировала. Откуда-то из комнаты слышались отвратительные чавкающие звуки. Вдруг кто-то поперхнулся и засопел. На вампира это похоже не было.
Переступая через разбросанные на полу вещи, Игорь вытащил из ящика прихожей хромированный фонарик. В тусклом пятне его света промелькнуло опрокинутое кресло, растрёпанный текстильный торшер, сорванная со стены полоса обоев. Тяжёлое дыхание стало слышно отчётливее, но его обладателя по-прежнему не было видно. За колеблющейся шторой перед открытым выходом на балкон кто-то вздрогнул.
В руке Корзухина сам собой очутился серебряный нож. Он сделал ещё несколько шагов и сквозь неплотный узор шторы увидел на балконе человека. Тот был в каких-то лохмотьях, сидел на четвереньках и ел сырой кабачок, заглатывая его большими кусками. Его кожа казалась зелёной, а само он – мокрым и склизким.
Свет привлёк существо, и, медленно повернувшись с кабачковой мякотью и семечками в зубах, оно вдруг встрепенулось, прыгнуло, но налетело на штору и начало в ней путаться. Игорь подался назад, задел ногой торшер и упал прямо в поваленное кресло.
Незваный гость поборол штору, однако не напал на него. Пробегая мимо, он бросил одно слово: «Есть».
Мужчина юркнул на кухню, опрокинув что-то в коридоре. Послышался шум перебираемой и бьющейся посуды. Хлопнул шкафчик, другой. Зашелестела какая-то упаковка.
Кем бы ни было это пугающее существо, судя по всему, человеческая плоть его не интересовала. Но кто же это был? Игорь не видел толком его лицо, и всё же оно показалось ему знакомым. Он последовал на кухню, где застал мужчину, пригоршнями закидывающим соль себе в рот прямо из пачки.
Корзухин осветил лицо существа и ужаснулся – да это же тот сторож и «Буревестника», в которого он нечаянно выстрелил! Что с ним произошло? По рассказам Носатова и Валерки, к ним Тени приходили самыми обыкновенными, а к нему – в образе какой-то нечисти.
– Почему ты так выглядишь? – спросил Игорь.