| Leave them to discuss whether "Love", or patriotism, or celibacy, or candles on altars, or teetotalism, or education, are "good" or "bad". | Оставь им обсуждать, добро или зло, любовь, патриотизм, целибат, церковные обряды, отказ от алкоголя, высшее образование. |
| Can't you see there's no answer? | Неужели тебе не ясно, что ответа нет? |
| Nothing matters at all except the tendency of a given state of mind, in given circumstances, to move a particular patient at particular moment nearer to the Enemy or nearer to us. | Ничто не имеет никакого значения, кроме состояния души: устремляется ли подопечный к Врагу или к нам. |
| Thus it would be quite a good thing to make the patient decide that "love" is "good" or "bad". | Однако было бы неплохо, если бы пациент стал гадать, добро или зло его "любовь". |
| If he is an arrogant man with a contempt for the body really based on delicacy but mistaken by him for purity--and one who takes pleasure in flouting what most if his fellows approve--by all means let him decide against love. | Если он надменный человек, презирающий все телесное из чистоплюйства, ошибочнее принимаемого за чистоту, или если ему приятно насмехаться над тем, что одобряет большинство его друзей, - непременно заставь его отрицать любовь! |
| Instil into him an over-weening asceticism and then, when you have separated his sexuality from all that might humanise it, weigh in on him with it in some much more brutal and cynical form. | Укрепи в нем высокомерный аскетизм, а потом, когда отделишь его собственную похоть от всякой человечности, навяжи эту похоть снова, но уже в какой-нибудь жестокой, циничной форме. |
| If, on the other hand, he is an emotional, gullible man, feed him on minor poets and fifth-rate novelists of the old school until you have made him believe that "Love" is both irresistible and somehow intrinsically meritorious. | Если же он, напротив, человек эмоциональный и легкомысленный, питай его скверненькими поэтами и третьесортными романистами старой доброй школы, пока он не поверит, что "любовь" неотвратима и каким-то непостижимым образом благодетельна. |
| This belief is not much help, I grant you, in producing casual unchastity; but it is an incomparable recipe for prolonged, "noble", romantic, tragic adulteries, ending, if all goes well, in murders and suicides. | Такая позиция, уверяю тебя, не так уж сильно побуждает к случайным связям, но она незаменима для продолжительных связей, "благородных", романтических и трагичных, завершающихся, если все идет благополучно, убийством или самоубийством. |
| Failing that, it can be used to steer the patient into a useful marriage. For marriage, though the Enemy's invention, has its uses. | Если это не удастся, попробуй натолкнуть подопечного на полезный брак, ибо брак, Вражье изобретение, может принести пользу и нам. |
| There must be several young women in your patient's neighbourhood who would render the Christian life intensely difficult to him if only you could persuade him to marry one of them. | В окружении пациента наверняка есть несколько женщин, которые чрезвычайно затруднили бы его христианскую жизнь, если бы ты убедил его жениться на одной из них. |
| Please send me a report on this when you next write. | Пожалуйста, доложи мне об этом в следующем письме. |
| In the meantime, get it quite clear in your own mind that this state of falling in love is not, in itself, necessarily favourable either to us or to the other side. | А пока помни, что даже "влюбленность" саму по себе нельзя считать полезной и благоприятной для нас или для Вражеской стороны. |
| It is simply an occasion which we and the Enemy are both trying to exploit. | Это просто состояние, которым дано воспользоваться и нам, и им. |
