Прием Лангбордов начался в точно намеченное время. Не прошло и получаса, как просторная фуршетная веранда до тесноты заполнилась гостями, и, отдавливая ноги, Андрею приходилось протискиваться в толпе, чтобы поприветствовать сначала друзей, а после – Нейка Брея. Герцог прибыл одним из последних и то и дело морщился, когда его имя в очередной раз срывалось с языка какого-нибудь гостя и ему приходилось в сотый раз выслушивать радостные причитания о его чудесном спасении. Андрей не сомневался ни на секунду, что тот откланяется и покинет Кериот еще до того, как начнется основная программа. Будь у Андрея такая возможность, он бы поступил так же. После разговора с Триведди его настроение было поганым, а единственное чудо, что могло сделать этот вечер лучше, не произошло.
София Бренвелл так и не явилась на прием. Андрей трижды обошел веранду, гостевой холл и танцевальный зал, но так и не смог ее найти. Последняя надежда на то, что они могли разминуться, погасла сразу же, как по его просьбе проверили списки гостей, но так и не нашли ее имя в числе прибывших. Конечно, она не пришла. С чего он вообще взял, что после одной мимолетной встречи София рискнет всем, чтобы увидеть его снова?
– Хватит мозолить мне глаза, Эндрю, – проворчал над ухом Питер. Он подошел со спины и подтолкнул его вперед в сторону танцующих пар. – Ты мне надоел! У меня от твоей кислой физиономии сейчас у самого челюсть сведет.
Андрей оказался в гуще танцующих, а когда опомнился и оглянулся – было слишком поздно. Он сам не заметил, как его засосало в самый центр, и пробиться назад не представлялось никакой возможности. Он понятия не имел, что это за танец. Участники то отпускали партнеров и двигались все вместе – точно, синхронно и строго по правилам, которых Андрей явно не знал. Со стороны это наверняка выглядело очень красиво и крайне весело, но не зная, куда приткнуться, он чувствовал себя лишней фигурой на игровой доске. Андрей тихо выругался себе под нос и предпринял еще одну попытку выбраться из этого порочного круга, как, резко обернувшись, налетел на девушку и едва не снес ее с ног.
– Прошу прощения, – сказал он, придержав ее за плечи. – Я…
– Никогда не танцевали кельт, – закончила та. Она ловко перехватила Андрея за руки и заставила его сделать пару шагов назад, а потом ей навстречу, как того требовал танец. – Это я уже поняла. Если хотите выбраться отсюда, никому больше не отдавив ноги, просто пройти сквозь ряды не получится. Нужно двигаться осторожно и чуть поджиматься к краю. Держитесь меня, я помогу.
– Я отдавил вам ноги? – уточнил Андрей.
На мгновение ему показалось, что девушка растерялась. Словно и не держала его за руки и только сейчас осознала, что с кем-то говорит.
– Уже трижды. А вон ту несчастную в красном дважды толкнули локтем, – она слегка качнула головой в сторону той, о ком говорила.
– Как, вы сказали, называется этот танец… кальд? Вам он нравится? Танцуете вы очень умело.
– Кельт. И я его ненавижу, но сегодня мне… захотелось развлечься.
Это была самая неумелая и глупая ложь на памяти Андрея. Во взгляде незнакомки не промелькнуло ни капли веселья. Наоборот, она выглядела уставшей и сосредоточенной, словно ей приходилось снова и снова повторять заученные движения против воли. Ее темно-русые волосы, собранные на затылке, уже давно выбились из прически и небрежно растрепались, а тесное синее платье, с твердыми декоративными каркасами в районе талии, груди и плеч, явно сковывало в движениях и к тому же было ужасно тяжелым, жарким и неудобным.
Когда Андрей мельком посмотрел на девушку, их взгляды пересеклись, и ее щеки мгновенно вспыхнули. Он вдруг осознал, что его партнерша была не раздражена – она была взволнована и до ужаса напугана. Ее ладони – холодные и влажные – слегка подрагивали в его руках. И хоть двигалась она весьма складно, в каждом ее движении чувствовались скованность и излишняя резкость. Партнерша почти не смотрела по сторонам и даже на него. В основном ее взгляд был либо намеренно отведен в сторону, либо опущен.
– Вы всегда так дрожите, когда танцуете? – поинтересовался Андрей. Это странным образом его веселило, но, желая сгладить грубый вопрос, он слегка сжал ее пальцы в качестве поддержки.
Лицо незнакомки вспыхнуло, как от пощечины.
– Я тысячу раз танцевала кельт, – хрипло ответила она. – Но никогда не была на таких приемах…
– Так вот в чем дело, – догадался Андрей, еще раз бегло осмотрев ее с ног до головы, – вы не местная.
Его слова отдались горечью на языке. Он говорил вовсе не о Кериоте, и его партнерша, конечно, это поняла. Яркое, но достаточно безвкусное платье, резкие, скованные движения, грубоватая прямолинейность и неуместная робость выдавали ее настоящее происхождение. Она явно была не из лиделиума. Все говорило о том, что ее причесали, накрасили и одели соответствующе приему, но на ней вся эта роскошь смотрелась так глупо и фальшиво, что Андрей из последних сил сдерживался, чтобы не рассмеяться в голос.
– Кто вы такая? – прищурился Андрей. – Вы…
