– Я геолог, – отрезала она сквозь сжатые челюсти. – И если вам нужны объяснения, я здесь по персональному приглашению Лангбордов.
– Вы работаете с Триведди?
– Да, – подтвердила партнерша. – Поэтому я здесь. И ваши намеки оскорбительны.
– Я не делал никаких намеков, – напомнил Андрей.
– Вслух. Но ваши глаза… – ее напряженный взгляд задержался на них чуть дольше, чтобы это осталось незамеченным. – Впрочем, не важно.
Она прошла под его рукой, как того требовал танец, и, дважды ловко развернувшись, вновь оказалась к нему лицом. На этот раз гораздо ближе. Ее грудь почти касалась его, а между их лицами оставалось не более двух дюймов. Все вокруг вновь разбились на пары. Андрей положил ладонь ей между лопаток и не позволил отстраниться. Но девушка будто и не пыталась. Она вздрогнула, когда его пальцы коснулись позвонков, и ее серо-голубые глаза округлились и замерли с немым вопросом.
Ее лицо… в нем не было абсолютно ничего примечательного. Андрей бы не вспомнил его и через пять минут, однако чем больше он смотрел на свою вынужденную партнершу, тем сильнее ему хотелось смыть всю эту нелепую краску с глаз, губ и век и увидеть ее без тонны грима и в особенности обильных синих теней. Ужасные тени. Следовало бы отрубить руки тому, кто додумался их использовать.
– И что сказали вам мои глаза? – тихо уточнил Андрей.
– То же, что и глаза всех остальных, – что мне здесь не место.
– Вас и правда это волнует?
Вопрос вылетел сам собой. Андрей спросил это искренне, без какого-либо подтекста и надеялся, что это не прозвучало ни насмешливо, ни снисходительно, хотя, по правде говоря, ему было абсолютно все равно. Он продолжал этот разговор, чтобы хоть как-то занять время и не выглядеть хамом. Ссора с непонятно откуда выплывшей помощницей Триведди не входила в его планы, как, собственно, и бессмысленная беседа с ней. Но теперь, когда они оба были зажаты среди других спин, у него просто не осталось выхода.
– Да, меня это волнует, – тихо призналась незнакомка. – Вы здесь, потому что вас пригласили по личному желанию, я – потому что Рейнир Триведди настоял, чтобы тут были его люди. Вас здесь ждали, меня же принимают, чтобы не показаться неблагодарными и сохранить лояльность Рейнира. Вы не зависите от этих людей, а я завишу. Поэтому да, меня волнует их мнение.
Она говорила быстро и отрывисто, пытаясь поспеть за ритмом танца и не упустить ни одно из движений. Ее дыхание окончательно сбилось, а лицо пошло красными пятнами, которые были видны даже через слой макияжа.
– Один умный человек сказал, что, когда что-то происходит помимо или вопреки нашему желанию, лучший способ справиться с этим – не подавать вида, – сказал Андрей. – Не давать лишнего повода окружающим насладиться твоим разочарованием.
– И кто это сказал?
Андрей улыбнулся.
– Я только что. – Он мягко перехватил подбородок партнерши, когда она собиралась в очередной раз осмотреться вокруг. – Перестаньте оглядываться, – велел он. – Не позволяйте им смутить вас. И никогда не опускайте взгляд, этим вы показываете слабость. Если те, о ком вы говорите, и вправду так думают – значит, здесь не место именно им. Вас не должно волновать ничье мнение, включая мое. К тому же не забывайте, что я просто чудовищно танцую кельт, – вновь грустно улыбнулся Андрей. – Вы рискуете остаться с отдавленными ногами, если продолжите так часто оглядываться по сторонам.
Девушка не улыбнулась в ответ. Ее губы даже не дрогнули, зато грудь поднималась так часто, будто ей не хватало воздуха. Жар ее дыхания обжигал его шею. Андрей не знал, почему не отстранился. Почему не отступил на пару шагов назад, как того требовал танец, почему не убрал руку с ее спины. Ему уже давно следовало отпустить ее, но он, как и девушка, не пошевелился. Танец закончился и они, как она и обещала, вышли из общего круга и оказались в стороне, недалеко от выхода. Что-то было не так. Его средний и указательные пальцы коснулись ее шеи, и Андрей почувствовал бешеное биение пульса. От этого прикосновения у него по всему телу прошли короткие жгучие импульсы.
– Вы вся горите, – тихо сказал он, коснувшись костяшками пальцев ее лба и щек.
– Я не очень хорошо себя чувствую, – сглотнув, почти шепотом отозвалась девушка.
Она убрала его руку и отстранилась.
– Мне позвать врача?
– Нет. Я очень устала, но это ерунда. Как вы там сказали… никому нельзя показывать свою слабость?
– Лишь тем, кто этого ждет.
Незнакомка странно посмотрела на него и скрестила руки на груди. Ее плечи слегка сжались, будто ей вдруг стало очень холодно, хотя в зале, напротив, было очень душно. У нее явно температура, подумал Андрей. И она правда чувствует себя куда хуже, чем пытается показать.
– Надеюсь, вы были искренними, – внезапно заключила она, уголки ее губ дрогнули. – Потому что мне было приятно танцевать с вами.
– Я всегда говорю искренне, – лукаво улыбнулся Андрей.
– Ложь.
– Такая же, как и ваша о том, что тут весело. Вы совершенно не умеете врать, вам это говорили?
– Тогда, может, вы меня научите? – незнакомка слабо улыбнулась. – У вас врать получается отменно.
– Годы практики.
