Раш резко вдохнул. Ему словно нож вонзился ему между ребер – то, что сказал дядя, было просто чудовищно.
– Я собираюсь срезать с него чешую и отрезать когти. Я буду продолжать резать до тех пор, пока ты не скажешь мне то, что я хочу знать. И тогда я отрежу ему крыло.
Побагровев, Раш постарался выкинуть из мыслей возникшую в его сознании картинку ужасных пыток дракона, которого он любил больше всего на свете.
– Этого никогда не случится, потому что я не перевоплощусь.
– Когда ты будешь на волосок от смерти, он перевоплотится, чтобы тебя спасти.
– Нет…
– Именно так он и сделает.
Наместник ухмыльнулся. Он знал, что уже победил.
– Но мы можем всего этого избежать, если ты просто скажешь мне то, что я хочу знать.
Казалось, Раша разрезали на две равные части. Он должен был защищать и Кору, и Флэра. Стиснув зубы, с дрожащими руками и невероятной тягой к убийству, он смотрел прямо в глаза своему дяде.
«Что нам делать?»
Раш проигнорировал своего дракона.
– Я не знаю, где она… и мы никогда не перевоплотимся.
Улыбка дяди медленно угасла, и в его темных глазах промелькнула тень разочарования. Их родство с королем Лаксом не поддавалось сомнению: черты лица, волевая линия подбородка, то, как каждая его мысль сразу же отражалась во взгляде…
– Это мы еще посмотрим.
Раш больше не мог сдерживаться. Он закричал.
Раскаленный докрасна нож воткнулся прямо между ребер, оказавшись в опасной близости от легких.
«Мы должны перевоплотиться.»
«Нет.»
«Раш…»
Он снова закричал. Тело билось в конвульсиях, погружая острие клинка еще глубже.
«Я справлюсь.»
«Я никогда не позволю им к тебе прикоснуться.»
Наместник Истона вытащил нож. От обожженной плоти шел дым.
Раш задыхался. Все кости были переломаны, кожа обожжена.
Флэр всхлипывал.
«Прости. Я должен это сделать.» – Флэр начал перевоплощаться.
Из ниоткуда появилась волна энергии, его разум расширился, и он сковал Флэра внутри, не позволяя ему превратиться.
«Нет.»
Наместник снова поднял нож.
– Ты же больше не вынесешь.
«Он прав. Ты скоро умрешь.»
«Нет. Отец хочет, чтобы я был жив.»
«Но твое тело больше так не выдержит.»
Он снова попытался перевоплотиться.
Раш и во второй раз обрел контроль и не позволил этому случиться.
«Прекрати.»
«Нет. Если я позволю им делать это с тобой, то мне будет гораздо больнее, чем сейчас. Я в порядке.»
«Ты не в порядке…»
Наместник передал нож стражнику, чтобы он снова раскалил его над огнем.
«Все будет хорошо, Флэр.»
Флэр плакал.
«Я больше не могу этого видеть. Слишком больно.»
– Я справлюсь. Все будет хорошо, я обещаю.
Наместнику передали нож. Раскаленная сталь светилась ярко-красным.
«Нет.»
Он ударил Раша ножом, пронзая плоть.
«Нет!»
Раш закричал и забился в агонии. Нож вонзился глубоко внутрь, обугливая плоть.
«Хватит!»
Раш снова забился в конвульсиях. Его внутренние органы кровоточили, но сразу же покрылись рубцами.
Флэр вытеснил разум наружу, и, словно пушечное ядро, он пролетел через Анастиллию. Он прорвался сквозь бесконечные слои камня, проломив все до единой преграды, снес входную дверь и попал прямо в цель. КОРА!
Кэллон оттолкнул ее и вновь поднял кулаки. Тут же он нанес очередной удар, но она отразила его.
– Хорошо.
Он снова начал двигаться, притворяясь, что уходит влево, а затем резко ударил ее рукой в живот. В последнюю секунду он замедлил удар, но она все равно вздрогнула от его силы. Кора зарычала и бросилась прямо на него. Ее кулаки летали из стороны в сторону.
Большинство он блокировал, а от остальных уклонился.
– Я в два раза больше тебя. Одной силой тебе не победить.
Кора нанесла удар ногой, но он схватил ее за лодыжку и, приподняв, бросил на землю.
– Я же говорил тебе так не делать. А теперь вставай.
Она перевернулась на другой бок и застонала.
Легонько толкнув Кору ногой, он наклонился и, схватив ее за горло, сжал, перекрывая воздух.
– Останови меня.
Она ударила его по лицу, но промахнулась, поэтому попыталась оттолкнуть его руки от своего горла. Ее затрясло, лицо начало синеть.
– Используй локти. Ударь меня ими так сильно, как только сможешь.
Кора сделала, как он велел, и силы оказалось достаточно, чтобы он разжал руки. Затем девушка ударила его кулаком в лицо и пинала ногами до тех пор, пока он не отступил.
Кэллон вскочил на ноги. У него была разбита губа, но, казалось, это совершенно его не волновало. Подняв кулаки, он снова бросился на нее.
– Каждый противник, с которым ты столкнешься, будет крупнее тебя, сильнее тебя, опытнее. Итак, что это для тебя значит?
– У меня нет никаких шансов?
Не сводя с него глаз, она продолжала хватать ртом воздух.
– Ты должна быть быстрее и умнее.
– Ты думаешь, что я идиотка, так что «умнее» – это явно не мой случай.
– Нет. Я сказал, что ты незрелая, невежественная и наивная.
– Э-э, все равно звучит не очень.
– Твой ум таков, каков есть. Но все эти вещи ты в силах изменить.
