Отец утверждает, что агенты ФБР помогают местной полиции, но на самом деле они всем и заправляют. Я пока не видела самих агентов, но слышала, что они ездят на черном внедорожнике и носят костюмы, прямо как показывают по телевизору. Меня охватывает возбуждение при мысли о том, что я могла бы работать в ФБР, а не в полиции, как отец. Тогда мне не пришлось бы тревожиться из-за работы в небольшом городке, где я живу, и необходимости арестовывать друзей, соседей или друзей моих будущих детей.
Но нужно действовать по порядку. Сначала надо выяснить, что случилось с Вайолет. Я пишу Мо: «Сегодня хорошо себя чувствую. Пойдем с поисковой группой?»
Мо: «Ты уверена, что готова?»
Я: «Ага. Сядешь за руль?»
Она соглашается, поэтому я пишу отцу, и он сообщает мне о поисковой группе, которая встречается у начала тропы к Провалу в 11:00.
При упоминании озера у меня сводит живот. Если тело Вайолет в Провале, ее никогда не найдут. Огромные рыбы на дне обглодают плоть. Холодная вода не позволит телу всплыть. Время сотрет кости в порошок.
Мо подъезжает на своей «королле» через двадцать минут. В машине играет музыка, кондиционер работает на полную мощность.
– Садись, глупышка!
Я расплываюсь в улыбке при виде Мо в больших солнечных очках, которая жует жвачку и накручивает темно-рыжие волосы на палец. На одно блаженное мгновение я забываю, что сейчас не один из прежних летних деньков.
По дороге к началу тропы настроение немного ухудшается, поскольку мы вспоминаем роковые шаги в день начала пожара. К нашему приезду на стоянке уже собрались люди: школьники, родители, дедушки и бабушки, волонтеры из организации «Найдите Вайолет», которую основала Лулу. Они все одеты в оранжевые жилеты и пьют кофе в ожидании, пока их разделят на группы.
Волонтеры с любопытством поглядывают на нас с Мо. Многие из них знают, что мы лучшие друзья Вайолет – как и мальчишки, которых с нами нет. Без них я словно руку или ногу потеряла.
– Не верится, что мы ищем тело, – шепчет Мо, стягивая волосы в пучок; ее веснушчатая кожа уже порозовела на солнце. – Вайолет не могла… умереть.
– И не говори. Все так странно. Но если Вайолет жива, то где она?
– Даже думать об этом не могу, Хан.
Распорядитель в футболке «Найдите Вайолет» направляет нас с Мо к складному столику. На нем лежат анкеты и расставлены бутылки с водой, на этикетках которых напечатана выпускная фотография Вайолет. Мы с Мо записываем свои имена и номера водительских удостоверений. Вписывая свое имя крупным замысловатым почерком, Мо спрашивает:
– Зачем им наши документы?
– Иногда подозреваемый возвращается на место преступления, – шепотом отвечаю я. – Детективы проверят всех сегодняшних волонтеров.
Она пытается сдуть лезущую в глаза длинную челку.
– Серьезно? Они собираются меня проверять?
– Ага.
– Как? Типа допросят, что ли?
Я дописываю номер своих прав, и мы отходим в сторону, уступая место другим.
– Наверное, нет. Они сопоставят нас с профилем предполагаемого подозреваемого и составят список тех, с кем захотят поговорить в первую очередь.
Злые голоса, ссутуленная фигура в окне, кровь на белом ковре, крик Драммера: «Возьми свои слова обратно!» – воспоминания вспышкой проносятся в голове, и лес на секунду отступает.
– Не беспокойся, – добавляю я. – Мы под их параметры не подпадаем.
Мо приподнимает бровь:
– Попробую догадаться: белый мужчина двадцати пяти – тридцати лет, живущий с матерью?
– Не совсем, – смеюсь я.
– Но близко?
– Возможно. И уж точно мужчина.
– Это очевидно, – пучит глаза Мо.
Волонтеры раздают оранжевые жилеты, свистки и пластиковые бахилы, чтобы мы не слишком наследили, а потом коротышка с мегафоном разбивает нас на группы по восемь человек. У старшего в каждой группе есть карта с нанесенной на нее разноцветной сеткой.
В нашей группе за командира – Джинни, старшая официантка из «Флоры». Представившись группе, она показывает два флакона:
– Спрей от комаров, от солнца – никому не нужен?
Некоторые пользуются ее предложением и наносят спрей на обнаженные участки кожи.
И только в этот момент я понимаю, что одета не самым подходящим образом, чтобы искать тело. На мне короткие шорты и тонкая белая майка. Комарье высосет меня досуха, а новые кеды расползутся. Наряд для летнего отдыха, а не для ползания по лесам с кучкой по уши залитых кофеином волонтеров в поисках одной из своих лучших подруг.
В отличие от меня, Джинни подошла к поискам со всей серьезностью. На ней высокие туристические ботинки, широкополая шляпа и рюкзак, и она густо покрыта жирным солнцезащитным кремом и спреем от насекомых. Она быстро берет нашу неорганизованную группу в оборот.
– Становись! – командует она.
– Тоже мне, солдат Джейн, – бурчит Мо, и молодой парень из магазина запчастей давится от смеха.
Мы всемером собираемся вокруг Джинни, и она показывает на карте наш квадрат.
– Когда дойдем до места, рассредоточимся. Идем медленно, отмечаем все необычное: отпечаток обуви, фантик от конфеты, сломанные ветки и, конечно, очевидные вещи вроде одежды или следов крови.
Она раздает всем флуоресцентную оранжевую ленту для обозначения находок.
